Когда мозг игнорирует убийственные доводы разума, что в это время я могла бы быть уважаемой женой чистокровного цварга и члена Аппарата Управления Планетой, жить в собственном особняке или замке с видом на муассанитовые копи, а вместо этого я занимаюсь любовью с бывшим рабом под барабанящий звук дождя. Счастье нелогично, ему плевать на нормы и условности, оно или есть, или нет.
С самого утра зарядил кислотник, зашипели лужи, небо затянуло фиолетовыми, кобальтово-синими и коралловыми тучами, а мы валялись в постели. Сознание обволакивали теплые волны блаженства, ощущение нужности и желанности. Я готова была поклясться, что Льерт дышит мной как воздухом, и это подкупало похлеще, чем все муассаниты Цварга.
– Кажется, я тебя совсем замучил, – внезапно сказал Льерт, когда я пыталась отдышаться от очередной сладкой пытки, а желудок заурчал. – Принесу что-нибудь поесть.
– Прямо в постель? – изумилась я.
– Да, а что такого? – Он поднялся с кровати.
Льерт был красив… Пот поблескивал на его загорелой коже, бежево-карамельные волосы разметались по плечам и груди, внушительные мышцы вспухли на руках, когда он одним толчком отжался от матраса и встал во весь рост.
Я закусила губу, из-под полуприкрытых ресниц разглядывая мужчину. Мартин никогда не приносил мне завтраки в постель, считая это ниже своего достоинства, мол, он не слуга и не робот. Ко всему, у него были четкие правила: есть надо за столом, а кровать предназначена для сна и исполнения на ней супружеского долга, причем последний можно осуществлять только в постели. Уверена, что мысль заняться сексом на полу среди шкур вызвала бы у него высшую степень брезгливости и отвращения.
Однако не стоило часто упоминать имя бывшего супруга, каким бы спокойным и уравновешенным ни был Льерт. Как минимум некорректно. Вместо того чтобы озвучить весь калейдоскоп мелькнувших мыслей, я улыбнулась и бросила в него подушкой. Разумеется, он поймал ее в воздухе.
– Да ничего! Ходишь голый по дому. А вдруг тебя через окно на кухне соседи увидят? Прикрылся бы хоть чем-нибудь!
Льерт карикатурно вздернул бровь, бросив взгляд за окно, где стеной лил кислотный дождь. Экстремальная прецессия оси такая экстремальная…
– Думаешь, на меня засмотрится Оден или Хэварт? – Пепельные брови иронично выгнулись и взмыли на высокий лоб.
В несносного мужчину полетела вторая подушка.
– Гутрун! Нет, Льерт, я серьезно. Принеси вещи из гостиной сюда, все равно мы спим вместе, и тебе не придется ходить далеко за одеждой.
