В очередной двадцать пятый раз он задумывается: "Не надо". Поглаживая его по руке, я мягко отговариваю. Но даже на этом этапе Кир хочет быть самостоятельным — первый курс земного университета для муданжей — это событие особенное. Я пожимаю плечами в знак признания: "Муданжец — необыкновенный, и здесь такая разношёрстная компания, что каждый может быть интересным"....
Но через полчасика достаточно остыл, чтобы свернуться клубком. Вскоре человеческие голоса его уже не беспокоили — привык за годы службы. Особенно если хоть один из голосов принадлежал кому-то из друзей, как сейчас, мирно болтающие люди больше не звучали как опасность.
Проспал Хос до заката. Тень давно ушла на другую сторону унгуца, а он даже не заметил, так хорошо было под волшебным одеялом. Он бы и дальше спал, пока Байч-Харах не пришёл бы его поднимать и загонять в унгуц, но его разбудило что-то, коснувшееся лапы.
Эге, да у него под одеялом гости. Похоже, какая-то степная мелочь, но не грызуны. Пахнут как хищники, только молодые. Детёныши. Молоком пахнут. Сурикаты? Песчаные ласки? Нет, у тех детёныши совсем маленькие, а тут…"
"Хос приоткрыл один глаз. Слева от его вытянутой лапы и правда свернулись три клубка. По расцветке их природу было не определить: поперечно-полосатые волоски, в массе своей создающие рябь, на которой трудно задержать взгляд.
Вообще у него обычно не возникало конфликтов с собаками: в его родном лесу никаких псин не было, а Филин сам боялся его до дрожи в хвосте. Но это потому, что Филин умный.
Конечно, стоило ему фыркнуть, как все трое щенков подскочили и заголосили.
К тому же на тонкое завывание щенков откликнулся голос взрослого. И судя по тому, что от этого голоса трава легла пластом, это была не просто собака.
Хос вскочил и заметался, слишком поздно сообразив, что всё ещё накрыт с головой одеялом.
