Автор
В Мультиверсе, где каждая строка в бесконечном пространстве может быть отдельной реальностью, Иван Ломакин — драйвер-оператор крейсера «Дерзкий» — ощущает разницу. Здесь белый цвет не ассоциируется с заснеженным полем или метелью, а открывает новую физиономию вселенной в виде межвселенского континуума....
– Обалдеть! – сказал Иван, обходя кровать и кидаясь на неё спиной со всего размаха. – Неплохо устроились нимфиане, создавая такое роскошное логово! Интересно, кто здесь жил?
«Главный строитель центра спасения», – ответил мысленно Копун.
«Не министр обороны?»
«У министра был более совершенный комплекс, но он находился на другом Вестнике».
– Я думаю, здесь отдыхал какой-то большой начальник, – сказала Елизавета, приняв вопрос Ивана на свой счёт. В отличие от друга она с компьютером Вестника мысленно не общалась.
– Да уж, – согласился Иван. Шлёпнул ладонью по пушистому покрывалу кровати бежевого цвета. – Побудь в роли жены начальника.
– Если он был женат, – рассмеялась подруга, присев рядом, погладила ворс покрывала. – Какой нежный… А духами не пахнет. Неужели нимфианские женщины не пользовались духами?
– Во-первых, нимфианские женщины представляли собой очеловеченных лягушек. Во-вторых, за столько лет после создания все духи выветрились.
– Ваня, как ты думаешь, что нас ждёт? Копун сказал, что энергии у него хватит всего на один месяц.
Иван привлёк женщину к себе.
– Не беспокойся, что-нибудь придумаем сообща.
В комнате вдруг зазвучала тихая музыка.
Иван сел, начал расстёгивать уник Елизаветы. Она схватила его за руки.
– Вань, не надо… он же всё видит…
– Я попросил Копуна отключить здесь все камеры и датчики, – ухмыльнулся Иван.
Она округлила глаза.
– Как… попросил?!
– Забыла, что я общаюсь с ним ментально?
– Забыла, – виновато призналась Елизавета.
– Иди ко мне!
– Но я всё равно… стесняюсь…
Он притянул женщину к себе, и разговаривать стало недосуг…
Водные процедуры спустя полчаса принимали в роскошном бытовом блоке за стеной спальни, имеющем выход в небольшой бассейн, теперь уже – с видом на горы.
– Как ты думаешь, сколько на Вестнике жило нимфиан? – спросила Елизавета, когда они насухо обтёрлись настоящими полотенцами и натянули уники.
«Копун?» – задал вопрос Иван.
«Тридцать три особи», – ответил компьютер; видеокамеры он, конечно, выключил, но линию мысленной связи не блокировал.
– Тридцать три пассажира, – повторил Иван вслух.
– Тридцать три?! – поразилась спутница. – Так мало?! Здесь же может разместиться целый город!
– Копун говорит, что в начале войны здесь обитали три сановника высокого ранга, связанные с семьёй Императора, плюс тридцать человек обслуживающего персонала.
