Автор
Стремительный взбрыкувание Стефании Олджер перед удаляющимся управляющим Хижины в тропиках содрогает атмосферу непредсказуемости и тревоги. В то время как брюнетка Эмили Керр, заметно миролюбивая среди своих шумных собеседниц, осторожно прикрепляет свой палаток к дереву, подчеркивая разнотипность в центре мрака и страха....
— Всех, даже девственниц! Бык Ларкара — это я! Ни один мужчина не в состоянии сделать женщину такой счастливой и столько раз в течение ночи, как я! Одной ночи! --- продолжал хвастаться мэр.
Встав, он обвел всех торжествующим взглядом.
— Верно, Джузеппина?
Маленькая служанка подняла испуганное лицо.
— Подойди сюда! — рявкнул хозяин.— Ближе! Ты можешь им сказать, каков мужчина Фредерико ди Натто! Не бойся. Эти иностранцы — джентльмены, ты можешь свободно говорить при них.
Он схватил девушку за руку и притянул к себе.
—Пожалуйста, оставьте меня... пожалуйста!
— Не будь дурой! — кричал маленький плешивый толстяк.— Первым делом скажи им, сколько раз в прошлую ночь, а? И сколько до этого?
— Синьор!.. Я вас прошу...— умоляла маленькая служанка.— Разрешите мне уйти!
Она почти плакала и пыталась спрятать лицо, но синьор ди Натто, с настойчивостью пьяницы, продолжал:
— Говори, идиотка! Ты должна быть счастлива разделить со мной постель! Она была девственницей, когда поступила сюда на службу.
Гунтер положил руку на его запястье.
— Вы должны ее отпустить,— тихо сказал он.
— Почему? — удивился хозяин.
— Чтобы она закончила подметать пол.
Фредерико ди Натто задумался.
— Да, но прежде она должна сказать, какой я мужчина!
Продолжая сохранять вежливое выражение лица, Г унтер нажал сильнее.
— Ей не обязательно говорить, синьор. Мы уже это знаем.
С еще большей силой Гунтер сжал его руку. На лице маленького человека появилась гримаса: у Гунтера была железная хватка. С ворчанием мэр Ларкара выпустил руку Джузеппины. Девушка отскочила к стене. Слезы текли по ее щекам.
— Вы не имеете права применять силу! — буркнул ди Натто, сверля Гунтера своими желтыми, налитыми кровью глазами.
— У меня таких прав не меньше, чем у вас по отношению к девушке,— любезно возразил Гунтер.
Патрон встал и злобно заскрежетал зубами. Его большие кулаки сжались ком мускулов, покрытый черной шерстью.
— Вы мне не нравитесь! — отчеканил он.
— Я учту это, ответил Гунтер, вставая, - Доброй ночи!
Ди Натто секунду колебался, потом бросился на Гунтера, наклонив голову, словно бык. Гунтер избежал его натиска и легко нажал на затылок еще продолжающего движение хвастуна приемом «ай-ки-до». Патрон исполнил пируэт и оказался на полу, четырьмя копытами в воздухе.
