Попаданец из нашего времени оказывается в хаосе 1920-х годов Ростова. Он стремится к карьере в милиции, но сталкивается с опасностями от бывших подельников. В атмосфере ночного танцпола разворачиваются интриги и личные драмы.
Раздел Chitat.online для книги «Мурка (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Попаданец из нашего времени оказывается в хаосе 1920-х годов Ростова. Он стремится к карьере в милиции, но сталкивается с опасностями от бывших подельников. В атмосфере ночного танцпола разворачиваются интриги и личные драмы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Попаданец из нашего времени оказывается в хаосе 1920-х годов Ростова. Он стремится к карьере в милиции, но сталкивается с опасностями от бывших подельников. В атмосфере ночного танцпола разворачиваются интриги и личные драмы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Что же будете снимать и как долго? — заблеял Шварц, которому происходящее по-прежнему нисколечко не нравилось.
— Как — что, кино, — вполне буднично заявил режиссер, с деловым видом ходя вокруг камеры на треноге. — Если хотите, чтобы быстрее, то вы, товарищ Шварц, сейф сразу открывайте.
— Зачем еще сейф открывать? — нахмурился банкир, бросив взгляд на охранника. — Строго-настрого запрещено открывать при наличии в зале посторонних.
— Запрещено, — внушительно кивнул охранник.
— Это при царе было запрещено, а вот советская власть для подвижки делам революционным — разрешает. Как мы, по-вашему, агитацию снимем, при закрытом-то сейфе? — режиссер пожал плечами. — Ничего не понимают. Впрочем, можем ваш отказ зафиксировать документально.
Шварц побледнел и двинулся к телефону.
— Что это за агитация такая... — забурчал он себе под нос.
— Советская, товарищ, самая что ни на есть советская.
— Мне нужно согласовать действия, Иннокентий Петрович, вы уж извините, но вам придется малость обождать, пока я сделаю звонок.
— Пожалуйста, пожалуйста, звоните, согласовывайте, все понимаю, — тотчас согласился режиссер таким безразличным тоном, как будто это была совсем пустая формальность и он заранее знал, что Шварцу скажут на том конце.
Шварц снова что-то пробубнил себе под нос, снял трубку, больше похожую на душевую лейку, и проворотом рукоятки на черном ящике начал звонок. А Иннокентий приступил к раздаче распоряжений.
— Так, Мишка, чего встал, как на посту, проходи к стойке, а вы, товарищ банкир, займите место банковского сотрудника, буду вас просить деятельное участие принять. У нас сцена с выдачей денежных купюр со счету. Милочка, тоже не стойте, изобразите труд, вы, товарищ охранник, лицо чуточку посуровее сделайте. Во-о-от.
— И к чему такая сцена, что в ней агитационного, никак не пойму? — изумился банкир.
— К тому, уважаемый, что мы честному народу хотим показать, как убегают при первой же опасности буржуи, что они не за государство переживают, а трясутся за свои сбережения. Вот Мишка как раз играет буржуя.
— Такой же зажравшийся капиталист, — неожиданно резко отрезал Иннокентий, звякнув металлом в голосе.
Банкир беспомощно покосился на Шварца, который уже начал куда-то звонить, и, смирившись, пошел за стойку. Миша, бывший актером съемочной группы, встал напротив, вытащил расческу и начал прилежно расчесывать волосы, готовясь войти в образ. Уж не знаю, где режиссер такого буржуя видел, с переломанным сразу в нескольких местах носом, как у Михаила.
Очень условное у этих товарищей искусство. Впрочем, что я понимал в агитках? Я тут зевака, вот и смотрю в оба глаза.
— Да-да, за подписью Михаил Ивановича, ага, Калинина... Все показывал, с печатью... верно, они сейф просят открыть...
