Попаданец из нашего времени оказывается в хаосе 1920-х годов Ростова. Он стремится к карьере в милиции, но сталкивается с опасностями от бывших подельников. В атмосфере ночного танцпола разворачиваются интриги и личные драмы.
Раздел Chitat.online для книги «Мурка (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Попаданец из нашего времени оказывается в хаосе 1920-х годов Ростова. Он стремится к карьере в милиции, но сталкивается с опасностями от бывших подельников. В атмосфере ночного танцпола разворачиваются интриги и личные драмы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Попаданец из нашего времени оказывается в хаосе 1920-х годов Ростова. Он стремится к карьере в милиции, но сталкивается с опасностями от бывших подельников. В атмосфере ночного танцпола разворачиваются интриги и личные драмы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мужчинки при пиджаках разной расцветки, дамы в пышных вечерних платьях...А хмырь возле меня продолжил и выдал вдруг то, отчего у меня глаза полезли на лоб.
— Добить арапа надо, выводим его...
Пока я переваривал, к окружившим меня пацанам подбежал еще один — четвертый. Этот был постарше остальных, хотя тоже молодой, лет двадцати пяти где-то. Усы как у Чарли Чаплина, вовсе не жидкие, как у его дружка, над глазом шрам, будто однажды ему хорошенько рассекли бровь в бою, и глаз этот белесый. Запыхавшись он кринул:
— Шухер, атасник маякнул, что мусора упали на след. Тикаем!
Я ничего не мог понять.
— Нафаня-то живехонький гад... — попытался возразить наглый парниша с папироской в зубах, но его прервала трель свистка.
— А ну не двигаться! Милиция!
Какой там двигаться, я до сих пор не знал, где у меня руки, где ноги, чувствуя себя выброшенным на берег карасем. Только приподнялся на локтях на полу ресторана и, хлопая глазами, озирался, пока туман в голове постепенно рассеивался. Мне все еще тяжело давалось происходящее, поэтому за тем, как пацаны, явно струхнув, рванули прочь, я наблюдал совершенно отстраненно. Что за чертовщина вообще происходит и куда я попал?!
Даже не вздрогнул, когда послышались хлопки — началась-таки стрельба.
Заверещали женщины, заохали мужские голоса. Народ, кто до сих пор оставался сидеть за столами, повскакивал, а те, кто уже был на ногах, бросились к выходу.
— Поднимай его, попался, паршивец!
Два ретро-мента, упустившие разбежавшихся пацанов, выросли передо мной. Я с удивлением рассматривал эту парочку. Фуражка темно-синего сукна с козырьком из черной лакированной кожи. Над козырьком пуговицами крепился кожаный подбородный ремешок. Странный мундир из тонкого сукна в цвет фуражке, «спортивного» фасона и со стоячим воротником. На груди пара нашивных карман с одномысковыми клапанами. Ботинки кожаные, черные, с высокой шнуровкой. Ну и перчатки из трикотажа темно-коричневые.
Если б у меня были силы, я бы рассмеялся в голос, до того комично смотрелась вся ситуация. Вы, братцы, случаем не музей МВД ограбили? Или в театре костюмы взяли? Там такого добра полно. На одном из служак форма оказалась натянута, как на барабане. Второй худой.
— Вставай давай, бандюган! — зарычал здоровяк с ухмыляющейся рожей. — Бросили его подельнички, а, Иван? Сейчас ты нам своих дружков и сдашь, козел безрогий!
Я не сопротивлялся, поднялся с помощью одного из своих новых знакомых. Правда, сразу плавно опустился обратно на пол. Ноги не слушались, как две вареные макаронины.
— Погодь, Микола, хай очухается, его, по ходу, хотели свои же притюкнуть! — подключился старший, помимо худобы выделявшийся орлиным носом.
