— Этого я не знаю, эфенди.
Рашид так яростно покачал головой, что его слезы полетели, как вода с отряхивающегося спаниеля. Хэл одним движением поставил пленного на ноги, завел руку за спину и подвел к борту.
— Посмотри вниз, — прошептал он в изуродованное ухо араба. — Посмотри, кто тебя ждет.
Внизу в прозрачной, ярко освещенной солнцем воде неслышно скользила тигровая акула, слегка покачиваясь, так что ее чудовищная голова была видна во всех подробностях. Единственным свиным глазом акула смотрела вверх, на них. Рашид пронзительно закричал.
— Где мне найти аль-Ауфа? Где его логово? Скажи, и умрешь быстро, отправишься к своему богу одним куском, а не через пасть этой нечистой твари внизу.
— Я не знаю, — всхлипывал Рашид. — Мало кто знает, где крепость аль-Ауфа. Я всего лишь бедный рыбак.
— Аболи! — позвал Хэл, и рослый черный человек подошел к нему, держа в руках петлю последней веревки для повешения.
— Головой вниз! — приказал Хэл.
Аболи быстро наклонился и провел петлю по телу, закрепив ее на ножных кандалах.
— Поднимай! — сказал он матросам, державшим второй конец, и Рашид вверх ногами взвился в воздух и закачался, как маятник, за бортом корабля.
— Где аль-Ауф? — спросил Хэл. — Где мне найти сына?
— Не знаю! Аллах свидетель! — кричал Рашид."
"— Опускайте! — велел Хэл матросам, державшим веревку, и Рашид начал рывками спускаться к поверхности воды.
— Хватит! — остановил их Хэл, когда темя Рашида оказалось в футе от воды. Рашид пытался повернуть голову, чтобы посмотреть на Хэла, который взирал на него сверху.
— Не знаю! Клянусь всем святым! — кричал Рашид. — Я не знаю, где аль-Ауф и твой сын!
Хэл кивнул Аболи.
— Покормите тварь!
У борта стояли наготове кожаные ведра с отходами с камбуза. Аболи поднял одно из них, перевернул, и мешанина из рыбьих голов, внутренностей и чешуи полетела в воду. Косяки мелких рыб устремились на пир и в своей лихорадочной жадности взбороздили всю поверхность.
Аболи выбросил за борт содержимое второго ведра.
Через минуту под мечущимися рыбками началось темное угрожающее движение. Потом из глубины со страшным величием показалась широкая полосатая спина. Рыбешки рассыпались, и на поверхность, раскрыв пасть, в которой мог уместиться торс человека, поднялась гигантская рыба. Акула хватала отбросы, обнажались многочисленные ряды ее острых зубов, и вода под головой Рашида забурлила.
— Ты никогда не пройдешь через врата рая, если твое тело пожрет эта нечистая рыба, — сказал Хэл.
Пленник беспомощно дергался на конце веревки. Голос его звучал визгливо и почти нечленораздельно:
— Нет! Я не знаю! Милосердия, могущественный господин!
— Опускай! — Хэл сделал знак матросам, и те опустили тело Рашида, так что его голова и плечи скрылись под водой. — Держите его так.