Неожиданно прямо под местом, где сидел Дориан, началось еще более бурное движение, протрубила фанфара. Под эти звуки приближался небольшой отряд всадников с зелеными и алыми вымпелами — цвета Блистательной Порты. Командование вражескими силами! Когда всадники приблизились, Дориан стал с интересом их рассматривать. Он разглядел в центре группы двух человек, которые, судя по их великолепной одежде и богатым турецким чепракам верблюдов, были военачальниками высшего ранга. Один был с круглым бронзовым щитом и в бронзовом шлеме со стальным забралом. Турецкий генерал, решил Дориан и обратил внимание на второго человека — араба. Даже на таком расстоянии в нем было что-то знакомое, и Дориан тревожно заерзал. Этот человек закутан в тонкое шерстяное одеяние; видно, что он крупный мужчина. Лента на голове с золотой филигранью, ножны кривого кинжала на поясе тоже украшены золотом.
Даже на ногах золотые сандалии. Настоящий франт.
— Будь я проклят, если не знаю его!
Дориан рылся в памяти, пытаясь вспомнить имя, потому что уверенность в том, что он знает этого человека, становилась все сильнее.
Отряд остановился у бархана, за пределами досягаемости мушкетов людей Дориана, и турецкий командир поднес к глазу подзорную трубу и всмотрелся в устье прохода.
Он неторопливо обозрел склон, опустил трубу и заговорил с военачальниками, которые подобострастно стояли за ним. Те тут же разбежались и начали отдавать приказы ожидающим эскадронам.
Снова началась лихорадочная деятельность. Неприятель делал именно то, что предвидел Дориан: немного погодя сотни тяжеловооруженных людей уже карабкались наверх по обе стороны от прохода.
Они держались вне пределов досягаемости огня обороняющихся, но Дориан знал, что, достигнув карниза, они попытаются с обеих сторон напасть на проход.
— Аль-Салил! Пожиратели навоза турки снова поднимаются к нам.
Наблюдатели Дориана сверху, с утесов, докладывали ему, что происходит. Со своих мест они видели больше его и предупредили, когда первые вражеские солдаты добрались до карниза и начали продвигаться к центру."
"— Стреляйте, когда они окажутся в пределах досягаемости, — крикнул Дориан, и в скалах сразу прозвучали выстрелы. Воины-соары стреляли сверху, турки отвечали на их огонь снизу. Изредка слышались крики раненых, но наблюдатели сверху предупреждали, что турки постепенно приближаются к позиции, откуда могут предпринять первую атаку на вход в ущелье.
Хотя военные действия отвлекали его, Дориан продолжал наблюдать за арабом в золоте, который ехал рядом с турецким генералом. Наконец из тыла показался обоз навьюченных верблюдов, с них сгрузили раскрашенный кожаный навес. Двадцать человек развернули его, установили на белой равнине и разложили в его тени ковры и подушки.