Районный центр Братково расположен на границе между Россией и Украиной. Жители разделены стеной и говорят на смеси двух языков. История о людях, живущих между двумя мирами, о том, как граница разрывает семьи и меняет судьбы обычных селян.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мутанты»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Районный центр Братково расположен на границе между Россией и Украиной. Жители разделены стеной и говорят на смеси двух языков. История о людях, живущих между двумя мирами, о том, как граница разрывает семьи и меняет судьбы обычных селян.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Трофимович Алексеев Ьесы и драматургия подборки серии
Районный центр Братково расположен на границе между Россией и Украиной. Жители разделены стеной и говорят на смеси двух языков. История о людях, живущих между двумя мирами, о том, как граница разрывает семьи и меняет судьбы обычных селян.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Засвеченные!
– Да эти мужики что, телевизор смотрят? А сразу как собаки!
– Сколько тебя учить? Надо уметь разговаривать с народом!
– Ладно в кабаке контрабандисты, – возмущался телохранитель, – но на лесопилке-то! Явное непримиримое отношение к нашей партии!..
– Может, они москали?
– Хохлы, батько! Но базар подняли за оселедец! Он им – как красная тряпка для быков… Бандеровец, кричат!
– Кепку бы надел, – тревожно посоветовал Гуменник и погладил лысую голову.
– Где взять-то? Худо дело, батько. Тебе же раньше из всех хат рюмку горилки на блюде выносили. Девок давали целовать, на руках, как атамана, качали, помнишь?
– Ну! Встречали, как положено!
– И когда ты даже буянить начинал – пальцем не трогали, верно? Освободитель, кричали, кормилец-поилец!
– Давай-давай, ну? Суть излагай, Лях!
– Суть такова, батько… Если не президента, то тебя свергли точно! Это сейчас быстро делается. А то и вовсе партию прихлопнули!
Гуменник схватил его за грудки и потряс:
– Меня?! Гуменника? Я с москалями в Киеве бился! Я их в Крыму молотил и в Чечне, как баранов, резал! Я румын и албанцев мочил! И на майдане полки за собой поднимал!
– Ты же видишь, народ не признает, батько! Верный признак… Логично? А народ – он только увенчанным льстит. А развенчанных – топчет. Это не я так сказал! – Геббельс вырвался и привел себя в порядок.
– Как могут меня свергнуть? Я стоял у истоков партии! Я же – Гуменник!
– Хочешь скажу, почему?
– Опять какую-нибудь глупость?
– Нет, батько… Скорее всего, узнали, что ты не хохол, а прирожденный москаль.
Батько заозирался:
– Откуда могли узнать? Как?!
– Вчера по пьянке проболтался сам. Царице Тамаре. Своими ушами слышал.
– А почему… не контролировал? Почему рот не заткнул? Ты для чего приставлен?!
– Заткнешь тебе, если вздумал прелюдию показать. В стогу сена… А между прочим, я предупреждал. Сильва приставил к тебе свою сестру не для того, чтоб мутанта ловить. А для целей вполне определенных. Потому что давно уже прицелился на твое место.
Гуменник сел на землю, обхватив ноющую голову руками, навертел на палец оселедец:
– Что делать будем? Думай! Ты ведь тоже не хохол и не поляк!
– Оставаться в Украине нам никак нельзя… Не партизанить же идти в леса? Не в схронах отсиживаться.
– В схроны рано еще, думай!
– А на хрен бы этих оранжевых жовто-блакитников! – прямо сказал Геббельс. – Мне они давно надоели. Все у них глупо и бездарно. Рванем в эмиграцию.
– Вопрос – куда? На западе скушно, застойное болото. В Штатах законы идиотские, тотальный контроль…
– Может, в Израиль, батько? Партийная касса у нас на личных счетах…
– Тебя-то пустят, а я каким боком?
– Заключим однополый брак.
– А не боишься вдовой остаться? Моя партия в черном списке. В аэропорту Бен Гурион и повяжут.
