Это весьма любопытно, а вы – отважная женщина.
- Да почему отважная, обычная я, самая обычная, - вздохнула она и опустила взгляд на колени, обтянутые платьем.
Это он не видел, как она орала на сотрудников, портивших музейные предметы по недомыслию или небрежению, и как чуть не прибила идиота, который попытался стащить ценную чашку во время уличного городского мероприятия, и как водила экскурсии по городу, и как строила неуправляемые группы детей. И как с мужем ругалась. Не видел – и к лучшему, наверное.
- Обычной женщине ничего подобного и в голову не придет, - усмехнулся он. – Вы большой талант и бесстрашный боец.
- Благодарю, - она вспомнила ещё об одном моменте. – А вы, кстати, претендуете только на эти стены, или на городской дом тоже?
- Я уже был бы рад и вовсе ни на что не претендовать, - улыбнулся он. – Но мы уже говорили с вами о том, что это невозможно, поэтому – как есть. А вы видели городской дом? Знаете, где он?
- Видела, - кивнула Рита. – Вам тоже завтра покажу.
- Буду рад взглянуть. И с меня лимейское вино, не ходите в подвал, делайте что-нибудь другое. Могу я ещё как-нибудь вам поспособствовать?
- Да, но не завтра. Вы можете провести меня в Королевский музей? Посмотреть, что там вообще есть и как это всё показывают?
- Могу, - кивнул он. – Есть у меня знакомцы, через которых это сделать легко.
- Вот и отлично, буду вам весьма благодарна."
"- Договоримся. А сейчас я, с вашего позволения, пойду в бальную залу, - откланялся он.
И дальше Рита позвала Клодетт, они вместе составили список приглашённых и текст, и Клодетт отправилась в библиотеку писать приглашения, чтобы после обеда Валентин мог отвезти их в город и вручить. А сама Рита наконец-то села читать семейную историю Бодуанов.
Глава 49. Домик-домик, покажись!
В день презентации Рита едва всё не проспала. Потому что вечером легла не просто поздно, а очень поздно. На обед она не выходила, добрая Люся приносила ей суп и салат прямо в кабинет, и она читала, как дома – за едой, и подумала мимолётно, что господин Гийом, наверное, упадёт в обморок там, где он теперь есть, от такого святотатства – есть суп прямо на столе в кабинете и читать при этом семейную хронику! Ничего, вздохнула про себя Рита, переживёт. Все они переживут.
А пока она читала, домашние ходили вокруг на цыпочках, и даже команда Клода стучала тише и аккуратнее. А в четверг они и вовсе получили выходной, господин же граф сказал, что прибудет прямо к шести на площадь.
Господин Люсьен был весьма интересным автором. Писал он хоть и витиевато, как было положено образованному человеку в восемнадцатом веке, но не слишком, и читалось вполне легко и свободно. Местами даже очень смешно.