Жанр
Великолепный динамичный сценарий "Музей смерти" захватывает дух. Взрывы осколочных выстрелов и резкое внедорожное движение создают невероятную атмосферу напряжения и быстрого действия. Каждая страница пронизана стремлением к необычному видению последней битвы.
«Уберите отсюда эту пакость, она меня убивает…» Дословно она не помнит, но смысл таков. Дальше все известно: подбежали люди, Лариса кинулась звонить медикам, прибыла «Скорая» – причем невероятно быстро…
– А теперь внимание, Алена, – сказал я. – У какой плиты он остановился?
– Я не знаю, – пожала плечами девушка. – От входа – вторая, но что там написано, прочесть не успела…
– Вы уверены, что вторая? Отвлекитесь от всего, восстановите в памяти картину…
– Точно вторая. – Алена мотнула нечесаными локонами. – Она хоть из камня, а вырезана красиво, с узорами…
– Отлично, – обрадовался я.
– Да, их там очень много…
– Итак, он увидел на стене то, что усугубило его состояние. Но мужчина не стал останавливаться, поднялся наверх. Там он пробыл несколько минут, потом спустился, снова взглянул на некий крест…
– Я не знаю, – пожала плечами Алена.
– На какой именно?
– Не могу сказать. – Она решительно замотала головой. – Как я могла видеть? Их там так много…
А ведь упавший гроб стоял рядом с этой лестницей, сообразил я.
– Да и ладно, – отмахнулся я. – Вы все равно нам помогли, Алена. Очень помогли, правда.
– А вы не хотите посмотреть на фотографию этого мужчины? – спросила девушка.
– В смысле? – опешил я.
– Может, я неправильно сделала. – Она смутилась.
– Гм, – сказала Варвара.
– Ну да, – согласился я. – Похоже, кроме вас, никто не догадался это сделать. Позвольте взглянуть, если не сложно.
– Саша, где мой телефон? – вскричала девушка. Я вздрогнул. У хрупкого существа оказались неплохо развиты голосовые связки.
– А я знаю? – донеслось из детской. – А, вижу, с ним Настеныш играет…
– Убью! – взревела девушка и умчалась.
"Снимок был неплох. Весь мужчина в кадр не вошел, только часть мужчины. Голова вывернулась, глаза полузакрыты. Из приоткрытого рта стекала струйка. Черты лица на фоне шахматной клетки музейного пола были вполне различимы. Сорок лет плюс-минус, выдающиеся скулы, широкий нос, стрижка «ежиком». Отнять щетину, серую кожу, круги под глазами – вполне представительный мужчина.
