Автор
В Музее Искусств в Санкт-Петербурге утром августа 1961 года происходит необычное событие — появляется долг оставшийся без ответа древний рунный кристалл. Этот случай смахивает на легенду, но главврачу музея приходится принимать решение: включить это в экспозицию или уничтожить? Атмосфера музейного шифровального артефакта переплетается со старинными тайнами искусства и культурной истории....
– Здравствуйте, Валерий Иванович, – с придыханием произнес он.
– Зайдите ко мне! – сухо приказал Первый и отключился.
К грому добавилась молния, которая угодила прямо в Архипа Кузьмича. Тон Первого и то, что он не поздоровался, являлись грозными признаками. Что, что могло случиться? Неужели из-за потерь собранного зерна? Или из-за этих проклятых валютчиков? Или…
Мучаясь в догадках, Терехов зашел в огромный кабинет главного партийного руководителя области. Тот был мрачнее тучи.
– Вот, почитайте! – Валерий Иванович брезгливо бросил на край стола машинописный лист с фиолетовым штампом регистрации.
Подрагивающей рукой Архип Кузьмич взял зловещую бумажку, поднес к глазам.
«…Злоупотребляя положением партийного руководителя, А. Терехов организовал публикацию самовосхваляющей статьи, основанной на вымысле и подтасовках…»
Архипу Кузьмичу стало дурно.
Какая наглая ложь! Он ведь ничего не организовывал! И ничего не подтасовывал… Это каждому ясно! Надо только объяснить все Валерию Ивановичу… Но язык не поворачивался, он загипнотизированно смотрел на неряшливый текст с неровными буквами и грязными нашлепками в буквах «о», «р» и «с».
– Ва… Валерий Иванович, это клевета, – наконец вымолвил он, но Первый не слушал. Он поднял еще несколько скрепленных листков, потряс ими в воздухе, хлестко шлепнул о полированную столешницу.
– Нет, не клевета! – загремел он. – Письмо пришло в органы, и они все проверили!"
"Первый секретарь наклонился вперед, налегая грудью на стол.
– Вы объявили Светлану Дорохову настоящей труженицей, которой все обязаны верить. Так?
– Ну… Гм… Она неплохо работает, – с трудом выговорил Архип Кузьмич. В горле пересохло.
– Двенадцать административных протоколов за торговлю браконьерской рыбой и черной икрой! Это «неплохая работа»? – зловеще прошипел Первый.
У Терехова потемнело в глазах.
– А в те времена, о которых она так подробно рассказала, ей было знаете сколько? Шесть лет! Как на этом фоне выглядит правдоподобность ваших подвигов?!
– Пс…с…
– А ее брат – ваш соратник и борец за права трудового народа, это Петр Дорохов, известный преступник, налетчик и убийца, застреленный чекистами!
Первый, не сдержавшись, ударил кулаком по столу.
– Хорошую компанию ты подобрал себе для музея!
– Пс…с…
– А остальные? Вот показания старожилов.
