Автор
В Музее Искусств в Санкт-Петербурге утром августа 1961 года происходит необычное событие — появляется долг оставшийся без ответа древний рунный кристалл. Этот случай смахивает на легенду, но главврачу музея приходится принимать решение: включить это в экспозицию или уничтожить? Атмосфера музейного шифровального артефакта переплетается со старинными тайнами искусства и культурной истории....
– Я вот у него спрошу…
И обратилась к китайцу:
– Ты правда подарок?
Пальчик с наманикюренным ногтем качнул фарфоровую голову, она закачалась: справа налево, слева направо…
– Говорит: нет!
И снова спросила:
– Или ты краденый? – пальчик качнул голову взад-вперед.
Теперь китаец усердно кивал.
– Вот видишь, он мне всю правду и рассказал! – звонко засмеялась Зинка.
– Ты, прям, как опер свидетеля учишь! – махнул рукой Студент. – Лучше иди сюда!
Зинка с готовностью встала. Тяжелые шары грудей упруго колыхнулись.
– Только давай быстро, мне на работу надо…
И тут позвонили в дверь. Раз, другой, третий, непрерывно…
Зинка схватила одежду, прикрылась, глянула испуганно.
«Неужели лягавые? – подумал Студент. – Ну и хрен с ними, у меня все чисто. Только две штуки под полом в кухне… Но если даже найдут – на них ничего не написано…»
Теперь в дверь заколотили кулаком. Или ногами.
– Валек, кто это? – Зинка стала поспешно одеваться.
– Да откуда я знаю?! – рявкнул Студент.
Взяв со стола вилку, он прошел по длинному коридору и подошел к двери. Из порванного дерматина тут и там торчала вата.
– Кого это тут носит? – грубым, устрашающим голосом спросил он.
– Это я, Жучок.
Жучок терся возле Мерина. «Шестерка» не «шестерка», «пристяжь не пристяжь». Так, правильный пацан, стремящийся. И голос, вроде, его…
Студент открыл дверь. На замызганной площадке стоял парнишка лет девятнадцати-двадцати – тщедушный, в куцем пиджачке, с блатной челкой, свисающей на левый глаз, презрительно перекошенным ртом и с колючим наглым взглядом.
– Какого тебе надо?
Тот глянул на вилку, шагнул назад, сплюнул.
– К Мерину пацаны приехали. Предъяву тебе кинули…
Студента будто жаром обдало. Лучше бы лягаши… Кто это может быть? Может, Шейлок проболтался, что он большой хабар сдал? Но он, вроде, не болтливый… Скорее, кто-то узнал картину или подсвечник, пришли к Шейлоку, спросили, а когда всерьез спрашивают, тут самые упорные молчуны языки развязывают… А потом решили «наехать» и его выпотрошить, как он выпотрошил Сазана… Или, может, эти, из Питера…
– Откуда приехали?
Жучок сплюнул еще раз.
– Так вроде из Ленинграда…
Черт! Это за Шута с Веслом. Хотя здесь тоже все чисто: они его кинуть и замочить хотели, а он просто включил «ответку»…
– Ну, и чего теперь?
– Скоро в Москве большая сходка…
– Ну, и чего?
– Тебя вызывают, вот чего. Будут разбор делать.
