Заброшенный подземный музей привлекает любопытством не только посетителей, но и загадками своей глубины. Под землю три метра и больше! Вокруг шестиметровый слой грунта как броня. Здесь даже самая мощная бомба не пробьется. Правда, кто бы сомневался? Но сегодняшнее приключение вовсе не из-за этого. Толстый дядька, пожилой и неопрятный, стал интересоваться подземельем. Удушающая жара исчезла под землей. Он оживает, задаёт вопросы...
А уж что тогда говорить про Интернет…
Не такого результата ожидали заказчики! Совсем не такого…
* * *Уважаемый Саид Мехмед-оглу никаких официальных должностей в турецком МИДе не занимал. А неофициальные… так на то они и НЕ официальные, чтобы можно было дать простор воображению. Называй себя хоть послом марсианской республики, кто не дает? Даже и визитки соответствующие можешь напечатать и всем встречным раздавать. Вот только с официальной аккредитацией проблемы могут быть… но мы же демократическая страна, неудобных вопросов не задаем… Странное дело, однако, но все, о чем в сугубо приватной обстановке разговаривал почтенный эфенди Саид, очень быстро становилось известным в самых высоких кабинетах. Совпадение? Возможно…
Вот и сегодня, несмотря на прекрасную погоду, уважаемый Мехмед-оглу нервно перебирал пальцами, пытаясь прогнать нехороший озноб, время от времени пробегавший по его спине. Казалось бы, с чего это? Тепло, на здоровье он не жаловался, простудой не болел… Может, все дело было в словах собеседника? Так и он вроде бы ничего страшного собой не представлял. Обыкновенный румянощекий господин… ну, русский, так и что с того?
— Если я правильно понял ваши слова, уважаемый Олег Павлович, то вы ставите правительство моей страны… в весьма неудобное положение.
— В которое оно само и вляпалось, между прочим.
— Такие вещи обычно не утверждают голословно.
— Вам мало того, что я уже предъявил? — приподнял бровь румянощекий.
— Я не специалист…
— Так покажите специалистам, делов-то? Впрочем, мы можем эти материалы и обнародовать… для нас это не составит никаких проблем. Пусть весь мир оценит степень их достоверности.
«Зато какие проблемы тотчас же возникнут у моего начальства!» — поежился почтенный Саид.
Вслух он, однако, сказал совсем другое.
— Если я все правильно понял, то единственным требованием вашей стороны является невоспрепятствование работе ваших… э-э-э… гидрографических судов вблизи пролива?
— Да. Вы все поняли правильно. В этом случае мое правительство обязуется не разглашать имеющиеся у нас в настоящий момент материалы.
— Следует ли вас понимать так, что если у вашего правительства впоследствии появятся иные документы…
— То мы с вами встретимся еще раз, только и всего.
Ну, это уже было кое-что! На сердце у почтенного Саида чуть потеплело.
