Как он отнесется к Ксантосу, с которым у меня действительно неплохие отношения? Не превратит ли его Оден в скелет? И не отравит ли Ксантес Одена?
Ксантос приехал на единороге. Эпично ввалился во двор на белоснежном шикарном конике, который по характеру был под стать хозяину. Въехал как король, расплескивая вокруг себя лучи великолепия. Ну, и грязь тоже. Во дворе Одена творилось абы что: голая земля, никаких дорожек, даже травки не было. Вот и результат: как только начинался дождь, так дорогу к дому размывало. А сейчас дождь лил как из ведра. Для наших с Оденом коней это проблемой не было. У Селеста были не только огромные копыта, но и некоторые способности к магии, которые не позволяли ему вязнуть даже в самых непроходимых болотах. А скелету лошади, в принципе, никакая грязь не страшна.
Мы с Оденом ждали Ксантоса возле порога, благоразумно не желая идти на встречу по образовавшемуся морю грязи. Мне саламандра сообщила о прибытии Ксана, а вот как Оден узнал — понятия не имею. Но вышли мы на крыльцо дома одновременно, хотя и были в разных частях дома.
Не могу сказать, что мне понравилось, как Оден смотрит на Ксантоса, но было лучше, чем я ожидала. По крайней мере, максимум, что случится — это обычная мужская драка. В некотором плане я понимала Одена: если бы рядом с ним крутилась какая-нибудь шикарная барышня, я бы тоже чувствовала себя неловко. Ревновала бы? Вот уж чего знать не знаю! Да я и до сих пор не могу понять, откуда ревность взялась у Одена. Некромантские замашки? Дурные привычки? Возможно, я ему нравлюсь? Последний вопрос едва не заставил меня рассмеяться. Конечно, огненный маг со взрывным характером и кучей заморочек! Обязательно, как же.
Ксантоса осмотрелся кругом, махнул мне рукой, а потом спешился с лошади прямо в грязь: его белые сапоги наполовину погрузились с месиво. А потом Ксантос открыл рот. И выругался. Минут на десять выругался, да так, что ни повторить, ни в приличном обществе вспомнить.
Я привычно отрешилась от происходящего: слушать, как Ксантос сквернословит — уж увольте. А вот Оден слушал, и, как мне показалось, будь здесь перо и бумага, то записывал бы. И еще повторить просил. Мужчины, что поделать.
— Ну ты и забралась в глушь, искра ненаглядная, — прошипел Ксантос, подходя к нам с Оденом. — В большее болото перебраться не могла? Я делом занимался в три раза меньше, чем добирался сюда. И, подумать только, ни одного! Ни одного приличного трактира или гостиницы. Я в голом поле едва не заночевал.
