— Алина, твой отец не очень проникся нашей с тобой историей. Будь, пожалуйста, убедительна, но не забывай: домой я тебя увезти никому не позволю, — его слова успокаивали, но ровно до того момента, пока он не добавил: — Пока ты мне нужна здесь.
Значит, Владу не удалось произвести на папу хорошее впечатление. Я особо на это и не рассчитывала, но хотелось бы небольшого чуда. Придется самой убеждать.
Всеволод Юрьевич заговорил папу. Мы сидели в гостиной с Владом и ждали, когда они войдут. У Вадима фуфло-терапия, а Инесса уехала, как только узнала, что приезжает мой отец. Вот совсем бы не расстроилась, если бы она взяла да и уехала куда-нибудь в отпуск. Она не станет скрывать своего отношения к «бедным» родственникам, а папе станет обидно за единственного ребенка.
Влад притягивает к себе и целует в губы. Так неожиданно и дерзко, что я начинаю уворачиваться.
— Лина, — предупреждающе рычит и хватает за подбородок. – Твой отец…
Его горячие губы вновь накрывают мои.
— Лина, страстно, — недовольно произносит прямо в рот.
— Не умею, — зло шиплю.
— Так учись. Расслабься, — он ловит мой взгляд и не отпускает.
Нежно касается губ, захватывает нижнюю и втягивает себе в рот, потом проходится по ней кончиком языка. Я поддаюсь напору и начинаю отвечать. Влад будто взглядом меня заставляет подчиниться. По телу бегут мурашки, внизу живота появляется незнакомая тяжесть.
— Кхе, — подпрыгиваю на месте от знакомого звука.
Как-то неудачно мы с Владом ударяемся лбами, но вместо лба я тру покрасневшие губы, будто я накрасилась маминой губной помадой и меня застукали родители. Вместо мурашек тело покрывает жуткий стыд, я чувствую, как горят мои щеки. Вроде специально задумывался спектакль, но актриса из меня никудышная.
— Молодежь. Влюблены. Что с них взять? — Всеволод Юрьевич и не думает делать вид, будто ничего не видел.
На лице папы никаких эмоций. Хорошо это или плохо, пока не знаю.
— Предлагаю вам, Виктор Алексеевич, отдохнуть с дороги. Принять душ. Встретимся за ужином, все обсудим. Лина у нас приболела, на занятия не ходит, проведете эти дни вместе. А то скучно ей здесь со стариком.
— Принять душ не откажусь. Спасибо большое, Всеволод Юрьевич.
— Папа, отдохни немного, потом поговорим, — мне хотелось как можно скорее покончить с объяснениями.
— Отдохните, Виктор Алексеевич. Лине желательно тоже прилечь. Не хочу, чтобы ее состояние вновь ухудшилось, — строго произносит Влад.
Папу поселили рядом с Всеволодом Юрьевичем. Влад «проводил» меня в нашу спальню.
