Автор
Я убегаю, сердце громко стучит в груди, каждое движение тяжелее обычного. Стены кипят яростью, воздух пронизан напряжением, каждый звук кажется приближающейся угрозой. Я собралась, но страх оставляет за собой нестерпимую атмосферу близкой смертельной опасности.
— Я выхожу замуж, а ты можешь идти к черту!
Уголки его губ дергаются в улыбке, а у меня сердце удар пропускает, он не выглядит огорченным. Скорее он ожидал, что я так сделаю.
— Значит все будет по-моему, девочка, — наклонившись вперед шепчет мне в лицо, — я вернусь за тобой и очень скоро.
* * *Прошло чертовых три дня с тех пор, как Габриэль ушел, пообещав вернуться.
И я ему верила. Этого мужчину не стоило недооценивать. Он говорил все это при моем якобы женихе. Не боялся, что тот передаст его слова дяде. Да и его самого, очевидно же, что не боялся.
Мне вообще казалось, что в ту секунду Габриэль не боялся никого и ничего.
Я видела, как побледнело лицо Гаспара. Видела, как он боялся Габриэля.
Я понимала, что мужчина, скорее всего, непросто так мне это говорил, а, значит, его слов стоило опасаться.
Той ночью я практически не спала. Каждые полчаса выглядывала из окна своей комнаты. Не знаю, что я там собиралась увидеть. Его машину? То, что он придёт меня похищать и приведет роту солдат для штурма? Но мне казалось, что если я буду держать руку на пульсе, то ничего плохого не случится.
Он не пришел тогда. Не пришел и на следующий день.
Но у меня появилась другая проблема.
Дядя, который еще день назад был рад тому, что я вернулась домой, и тому, что у нас с Гаспаром назначена свадьба, теперь смотрел на меня так, будто я сделала ему что-то ужасное.
И самое странное во всем этом было то, что он просто на меня смотрел так, как будто дыру пытался во мне прожечь. Не говорил ни слова. Но от его взгляда становилось жутко.
Он поменялся после прихода Габриэля. И мне это не нравилось. Я пыталась сама додумать причину, но это было бесполезно потому, что я не располагала даже десятой долей информации.
Но, несмотря на все это, я продолжала готовиться к свадьбе.
Выбирала арку, цвет стульев, цветовую гамму всего праздника. Даже ведущего я выбирала сама.
Я не просила Гаспара мне помочь. Это было мне не нужно. Вся эта суматоха заставляла хоть ненадолго отвлечься от ожидания неизбежного.
В какой-то момент мне даже показалось, что ничего не будет.
Я уставала настолько за день, что ночью я просто вырубалась. И меня это полностью устраивало. Никаких ненужных мыслей. Никакой нервотрепки.
Дядя не проявлял никакого интереса к тому, что происходило в доме. Молча оплачивал все счета. Даже не спорил по поводу того, что сумма оказалась слишком большой.
Я поставила перед собой цель. Почему-то я решила для себя, что если я устрою идеальный праздник, то все обойдется.
