Аксинья Дурацкий мучилась с кодом доступа до бесконечности. Он ни в чем не замечен, но всегда выдает ошибку. Все потому что пришел недавно Есенин, работящий днем и ночью. Свои проблемы тоже есть - даже если он и так много работает. Нужен разумный подход к решению этой нерешаемой проблемы......
Как будет информация, позвоню. – И отчалил.
А нам что с этим телом делать? Пока я сторожила шефа, Арсений нашел у меня несколько бутылок: водка (не помню, что бы я ее покупала), шампанское (этим мой муж-романтик грешил до моей беременности), коньяк (папа после свадьбы привез ящик, сказал, что остался), и вино.
Сергей очухался через десять минут, и со словами «мне надо к жене», рванул к двери. Его Сеня уже в дверях поймал и за шкирку утащил в гостиную на диван. Шеф тут же получил в руки полный стакан коньяка, который выпил залпом, даже не закусывая.
– Б…, ей же там больно. – Взревел Митин, порываясь встать. Ему тут же был вручен еще один стакан, на сей раз шампанского, который тоже был выпит залпом. – Что за гадость? – скривился шеф, впервые приняв осмысленное выражение лица. Но, впрочем, это быстро прошло, так как он начал раскачиваться из стороны в сторону, бормоча под нос всякую несусветицу. Проклинал каких-то белых медведей, платиновых бубликов и гормональные таблетки.
Пасли шефа мы полночи, пока не позвонил Дмитрий Максимович и не сообщил, что Есения родила здорового мальчика, а за этим полоумным он уже отправил машину, которая через десять минут подъедет. Сгрузив Митина на заднее сиденье внедорожника, мы с мужем вздохнули с облегчением.
– Если ты себя вот так вести будешь, лучше сам себе снотворное вколи. – Предупредила я мужа. Тот понятливо угукнул.
***
– Сенька! Сколько лет я тебя не видела! – Едва мы вышли из машины рядом с домом Есениных-старших, как на Арсении повисла рослая девушка, лет двадцати трех-двадцати-пяти.
– Привет, Лолка. – Муж аккуратно расцепил чужие руки и, повернувшись, обнял меня. – Знакомься, это моя жена – Ася. – С такой гордостью сказал, будто я не жена на пятом месяце беременности, а слиток золота.
– Жена? – как-то потерянно произнесла девчушка и отступила на два шага назад. – Ну что ж, поздравляю. – Выдавила она из себя и, ссутулившись, пошагала прочь по улице.
Мне даже ее жалко стало, но делиться с мужем я не намерена. Самой мало, как бы парадоксально это не звучало.
– Одноклассница? – уточнила я.
– Угу. – Арсений подхватил меня за бывшую талию и увлек во двор.
– Хорошенькая.
– Наверное.
– Жалко ее. – Вздохнула я.
– Почему? Не понял Есенин.
– Дурак ты, муж. – Констатировала я.
***"
"– Зайка, что ты… ах… куда ты…? Тебе же нельзя,… наверное,… ох.
