Годовщина свадьбы вот уже третий день, и Ангелина мучительно ждет мужа. Уже десятый раз она проверяет время на часах, уныло поднося их к глазам. Звонок мужу был предшественником многих недовольных ответов: "Лина, я занят". В этот раз он пообещал пойти вместе с дочкой гулять, но Ангелина надеется на лучший исход — что-то серьезное. Наконец, время подошло к полуночи — и муж все еще не приходит....
Тимур подхватил Ангелину, заставив обхватить себя ногами. Она думала, возьмет немедленно, уже приготовилась к резкому и такому желанному вторжению, но он лишь подхватил ее под попку и понес в спальню.
Акулов любил ее на супружеской кровати, прямо на бежевом шелковом покрывале, которое она когда-то сама выбирала. Процесс был Ангелине отлично знаком и сотни раз испытан. Но отчего-то сегодня чувствовалось всё во сто крат острее, мощнее, прямо как в те самые первые вечера их любовных экспериментов.
Тогда ей казалось: жизни будет мало, чтобы насытиться этим мужчиной.
Любовь всё длилась и длилась, заполняя Ангелину таким количеством удовольствия, что вскоре терпеть его она оказалась не в силах. Словно распалась на тысячи маленьких частиц, каждую из которых пронзила острая игла наслаждения. А потом каким-то чудом все эти частицы срослись, сделав Акулову снова целой. Именно целой она себя и чувствовала в объятиях Тимура, плотно прижатая к матрацу его телом.
Обычно, закончив любить ее, он спешил в душ, но не сегодня.
Сегодня Акулов никуда не спешил. Наоборот, придавил ее к кровати собой еще сильнее. Продолжал ласкать губами ее висок и щеку, стал шептать на ухо нежности. А потом вдруг уперся лбом ей в лоб и заговорил прямо в губы:
— Я люблю тебя, Лина! Мне никто, кроме тебя, не нужен, никакие Карины… Вообще никто. Я тебя хочу видеть в роли моей любовницы, помощницы, жены. Отныне только ты, и никто больше мне не нужен.
Ангелина обнимала его за шею и млела от сладкого чувства удовлетворенности, жмурилась от ласковых слов.
— Всё так неожиданно… — тихонько зашептала она, неуверенная, что лучше ответить. — Давай позже поговорим о серьезном.
Ответом ей был новый поцелуй.
— Хорошо, малышка.
Она поудобней улеглась на его груди и замерла, наслаждаясь давно забытой близостью. Оглядела комнату и с удовольствием отметила — больше никаких мусорных мешков с ее вещами.
Потом взгляд упал на прикроватную тумбочку, и Ангелина заметила там початую пачку презервативов. Вспомнила, что он воспользовался одним, прежде чем приступать к основному блюду.
— Почему у тебя в тумбочке лежат презервативы, Тим? — спросила сразу.
— А где им еще быть? — нахмурился Акулов.
Действительно, где бы еще держать их, как не в спальне. Но зачем он вообще их купил?
— Один вопрос, Тим.
