У нас не было фонтана чувств, адреналина, страсти. Но любовь и счастье ведь разными бывают. Не обязательно же должны мурашки по телу разбегаться от того, что мужчина прикоснулся.
Хотя когда Соболев берет меня на руки, проклятые мурашки, будь они неладны, бегают табуном.
Даже сейчас я засматриваюсь на Диму, когда он выходит во двор и направляется к машине. Он стал еще сильнее и мужественнее, им невозможно не любоваться. И девушек у него, я уверена, много. Он и в школе почти всем девочкам нравился, а сейчас и вовсе, наверное, обрывают ему телефон и мечтают оказаться в его постели.
И почему-то от этой мысли я чувствую болючий укол в самое сердце.
Дима берет меня на руки, словно я совсем ничего не вешу, и несёт к подъезду. Не смотрит на меня, а я наоборот не свожу с его лица глаз. Дима Соболев жив — разве это не фантастика? Мне иногда кажется, что это все до сих пор сон.
Моя квартира на четвёртом этаже. Здесь маленький лифт, поэтому по огромным пролетам сталинского подъезда Дима поднимает меня пешком.
Эта трёхкомнатная квартира в центре Москвы на Садовом кольце досталась мне от бабушки по папиной линии. Она умерла за год до смерти отца. Моя бабушка была своеобразной женщиной, с ней никто не мог найти общий язык, кроме папы, поэтому я ее почти не навещала. После смерти бабушки отец сделал в квартире дизайнерский ремонт, обставил самой модной крутой мебелью и переписал на меня. Так как я жила у Игоря, то свою квартиру решила сдавать.
Вот только чем круче квартира в Москве, тем сложнее ее сдать. Приезжие в столицу из других городов предпочитают арендовать жилье подальше от центра, без особого ремонта, чтобы, соответственно, было дешевле. А те приезжие, кто хорошо зарабатывает, покупают в Москве свои собственные квартиры в ипотеку.
Мне сложно было найти жильцов в эту крутую квартиру в центре, способных платить за аренду ее реальную стоимость. Но все же мне повезло. Больше трёх лет я сдавала квартиру паре американцев, приглашённых на работу в крупной компании в Москве. Полгода назад они вернулись обратно в США, и новых жильцов я так и не нашла. Как оказалось, к счастью. А то бы мне сейчас негде было жить. Ну если только у мамы.
Но когда-то я сама себе пообещала, что скорее буду жить с ребенком на вокзале, чем вернусь к матери. Хотя с тех пор уже много лет прошло, мать изменилась в лучшую сторону, полюбила Влада, но все же жить с ней я больше не буду."
"Однако за те годы, что я сдавала квартиру, мне удалось еще и скопить огромную сумму. Я не планировала тратить эти деньги, часть из них лежит на счетах под процентами в рублях, вторая часть в долларах. Но сейчас мне пригодятся деньги, по крайней мере пока не поступлю на филфак и не начну подрабатывать репетитором и переводами с русского на английский и наоборот.