Ехать мне некуда, поэтому еду в нашу квартиру. В моей живут квартиранты. Игорь возвращается только в воскресенье, когда заканчивается бронь отеля.
Я прорыдала все выходные, и когда Игорь входит в квартиру, даже не встаю с кровати. Он сам заходит ко мне в спальню. Не оборачиваюсь. Продолжаю лежать лицом к стене.
Матрас слегка прогибается под весом его тела.
— Послушай меня, пожалуйста, — тихо просит.
Молчу. Тогда он продолжает:
— Да, я специально не сказал о том, что не могу иметь детей. Но это только потому, что боялся тебя потерять. Я влюбился в тебя еще в больнице. И я хотел с тобой отношений и семьи, потому что испытывал к тебе настоящие искренние чувства. У меня не было никакого корыстного умысла, когда я делал тебе предложение. Просто был страх, что ты меня отвергнешь, ведь я знал, что ты любишь своего погибшего парня. Прости, Соня. Я не сказал лишь потому, что боялся тебя потерять.
— С чего ты взял, что я бы отказалась выходить за тебя замуж, если бы ты сразу сказал правду? — спрашиваю севшим от слез голосом.
— Не знаю… Наверно, потому что моя бывшая девушка ушла от меня именно из-за этого. Она знала, что я бесплоден. Сначала говорила, что для нее это не важно, а потом захотела детей.
Так вот оно что, оказывается. Вот, значит, как отношения «исчерпывают себя».
— Ты теперь разведешься со мной? — тихо спрашивает Игорь после пары минут молчания.
Размыкаю веки и смотрю в одну точку на светлых обоях. Я думала об этом все выходные. Должна ли я развестись с Игорем после такой лжи?
Может, и должна…
Но именно Игорь оказался рядом в самую сложную минуту моей жизни, именно Игорь помог мне. Ни разу упрекнул. Терпеливо ждал, когда я смирюсь со смертью Димы. Полюбил Влада, как своего. И сын тоже любит Игоря, считает его своим родным папой.
Игорь сделал очень много хорошего для меня и для сына, должна ли я идти на принцип, хлопать дверью и разводиться? Должна ли лишать Влада человека, которого он считает отцом?
— Нет, не разведусь, — едва слышно произношу. — Я буду с тобой.
Игорь облегченно выдыхает, ложится рядом на кровать и обнимает меня со спины.
— Я правда люблю тебя, Сонь, — шепчет мне в волосы. — Тебя и Влада. Вы моя семья.
Не отвечаю. Вспоминаю Диму. Да, я смирилась с его смертью, отпустила его. Лишь Владик остался мне напоминаем о первом сильном чувстве, которое я вряд ли еще испытаю к кому-то.
Дима иногда мне снится. Сейчас уже намного реже, чем раньше, но все же снится. Тогда я подскакиваю посреди ночи и скрываюсь в ванной, чтобы не разбудить слезами Игоря.
Не полюблю я никогда никого так, как Диму. Даже Игоря так не полюблю. И да, мне до глубины души обидно, что муж утаил от меня информацию о своем бесплодии. Но я не буду из-за этого разводиться. Это не причина, чтобы лишать Владика отца.