Автор
Герцог Роэм Саллер встречает женщину, которая когда-то сбежала от их свадьбы. Но теперь она замужем и обладает загадочным даром. Герцог не может отпустить ее, хотя не знает страшную тайну: в теле Мэарин живет душа девушки из иного мира. Любовь или интерес движут его чувствами?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Мужчина моей судьбы (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Герцог Роэм Саллер встречает женщину, которая когда-то сбежала от их свадьбы. Но теперь она замужем и обладает загадочным даром. Герцог не может отпустить ее, хотя не знает страшную тайну: в теле Мэарин живет душа девушки из иного мира. Любовь или интерес движут его чувствами?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герцог Роэм Саллер встречает женщину, которая когда-то сбежала от их свадьбы. Но теперь она замужем и обладает загадочным даром. Герцог не может отпустить ее, хотя не знает страшную тайну: в теле Мэарин живет душа девушки из иного мира. Любовь или интерес движут его чувствами?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Мужчина моей судьбы (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Эари стало хуже, — произнес он глухо. — Я должен быть с ней. Остальное сейчас неважно. — Помолчал. — Я открою портал в Заповедные Земли для вас с мэссером, дальше ищите сами. — Снова пауза, а потом почти беззвучно: — Поторопись смертная, если намерена сдержать свое слово. Еще немного, и наш договор потеряет значение…. Все в этом мире потеряет значение.
И Йор, теперь уже окончательно поблекнув, бесследно растворился в воздухе, а посреди комнаты повисло зыбкое радужное марево в рост человека. Портал. Как нам и обещали.
— Мири, о чем это он? — Саллер не был бы Саллером, если бы пропустил фразу фрейра мимо ушей. — О каком договоре идет речь?
Нетерпеливо мотнула головой.
— Давай потом поговорим? — попросила уже на бегу. — В более подходящей обстановке.
— Хорошо… — герцог прожег меня взглядом, но все же кивнул, хоть и не сразу. — Отложим… Сейчас, действительно, нет времени.
Вздохнула. Не забудет ведь — обязательно вернется к этому вопросу при первой же возможности. И что я ему скажу, когда все слова колючим комом в горле застревают? Вот пойму, как снять заклятие, и все-все выложу, ничего не утаивая. А сейчас не о чем пока рассуждать. Да и некогда.
Привести себя в порядок… Одеться во что-нибудь попроще и поудобнее… Наскоро причесаться и заплести-заколоть волосы…
Через пятнадцать минут я была полностью готова. Подхватила герцога под руку, и мы шагнули в портал. Сейчас найдем беглецов, выясним, что там у них произошло, а дальше — действуем по обстоятельствам. Кто бы что ни утверждал, а брата я терзать никому не позволю.
Если бы я только в тот момент могла предположить, во что выльется вся эта история…
Поляна перед «деревом Йора» встретила нас неприятной, какой-то гулкой тишиной. Даже в ушах зазвенело от непривычного для этого места безмолвия. Ни звука, ни колыхания, даже ветра — и того нет. Муха пролетела, было бы слышно. Да вот беда — мухи, пчелы и прочие вездесущие бабочки в компании с птицами тоже испарились.
Ох… Надеюсь, эти перемены не связаны с состоянием Эари.
Портал за спиной с легким хлопком закрылся, и тишина вокруг стала еще более гнетущей — почти осязаемой, оглушительной. Лес обступал нас мрачной непроницаемой стеной, при взгляде на которую хотелось поежиться. Невольно сделала шаг назад, поближе к Саллеру. Теплые ладони тут же легли на талию, прижимая к твердому, сильному телу, и тяжесть в груди сразу исчезла.
Так… И что дальше? Легко сказать, «ищите сами». А где искать? Петька изучил Хауддан лучше меня, прекрасно здесь ориентировался и мог пойти куда угодно. К берегиням, хульдрам, гномам… гоблинам, наконец. С ними у него тоже в последнее время какие-то общие дела появились. Тролли и кобольды вообще встречали его, как родного — не просто своего, а заслуженного и почетного.
