Евфросинья Кактусова ищет ответы о прошлом Влада, бросившей ее, отправляется в Варшаву. В путешествии она обнаруживает неожиданные повороты и сталкивается с опасностью, когда ее ждет настоящая охота. Любовные уловки и тайны прошлого оборачиваются серьезным испытанием.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Мужчина-сказка, или Сейф для любовных улик» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Евфросинья Кактусова ищет ответы о прошлом Влада, бросившей ее, отправляется в Варшаву. В путешествии она обнаруживает неожиданные повороты и сталкивается с опасностью, когда ее ждет настоящая охота. Любовные уловки и тайны прошлого оборачиваются серьезным испытанием.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Татьяна Игоревна Луганцева Легкое чтение Детективы Любовные романы подборки серии
Евфросинья Кактусова ищет ответы о прошлом Влада, бросившей ее, отправляется в Варшаву. В путешествии она обнаруживает неожиданные повороты и сталкивается с опасностью, когда ее ждет настоящая охота. Любовные уловки и тайны прошлого оборачиваются серьезным испытанием.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ну да, это же круче, чем роман сочинить… – Семен Игоревич вздохнул. – Кто обратит внимание на писательскую братию? О врачах и учителях еще думают для приличия, а о литературе…
Мужчина достал сигарету и закурил, не предлагая Фросе, так как знал, что та не курит.
– Ты ведь работаешь у нас лет десять? – покосился он на собеседницу.
– Одиннадцать, – подсчитала она в уме.
– Вот! И все ведь копейки получала…
– Семен Игоревич, я не жаловалась. Только сейчас вы к чему ведете? Не хотелось бы, чтобы гонорары уж совсем уменьшились… – скромно потупила Фрося глаза.
– Я бы очень не хотел терять сотрудников, но все же придется уменьшить выплаты. По объективным причинам! Особенно не хотелось бы лишиться таких старых, в хорошем смысле этого слова, сотрудников, как ты. Я сейчас в шоке, однако он пройдет, и в голову придут рациональные решения, но пока…
– А если усилить юридическую службу, чтобы отслеживать пиратские сайты? – гнула свою линию Ефросинья, переставшая наслаждаться свежим воздухом сквера, как только босс закурил. Правда, ее сейчас одолевали очень противоречивые мысли: с одной стороны, сама она не баловалась сигаретами, и ее раздражал запах табачного дыма, но с другой стороны, ей нравился вид курящего мужчины, и она всегда разрешала курить в своем присутствии.
– Фрося, я говорил с лучшими программистами по данному вопросу. Сайтов много, и шифруются они сильно, невозможно их отследить. То есть нельзя найти конкретного человека, чтобы подать на него в суд, а на его примере других испугать, чтобы неповадно было пиратствовать. Оказывается, существует много каких-то специфических сложностей. Вот если бы ужесточилось законодательство или появилось нечто такое, с помощью чего можно было бы быстро вычислить пиратов и ликвидировать…
– Да, дела… – вздохнула Фрося, растеряв все аргументы.
У редактора даже лицо осунулось, и как-то сразу стал заметен его возраст. Молодежный головной убор по контрасту только подчеркивал это.
– Я уж чуть было не решил расформировать издательство.
– Даже так? Настолько все серьезно? – ойкнула Кактусова.
– Не жаловался бы, если бы все не было так плохо. У нас тиражи по сто тысяч держатся только у Розы Савельевой. Но если ее книг не станет – все, мы банкроты.
Ефросинья внимательно слушала Сухова и понимала, о ком тот говорит.
Роза Савельева была сочинительницей женских романов в стиле «ню». Она активно работала в издательстве Семена Игоревича и писала просто откровенную эротику. Ефросинья пару раз пыталась прочитать ее книги, полные необузданного, ничем не прикрытого секса, и пришла в ужас. Она даже в одиночестве краснела до ушей от видов, разворачивавшихся в ее сознании благодаря перу Розы. Фрося поняла, что это не ее литература.
