— Вы все договорились оставлять свою ревность за дверью.
Поморщившись, Джереми прошипел: — Похоже, это сложнее, чем я ожидал.
Все это время Кэлси знала, что Джереми требовательный и неуступчивый собственник, но надеялась, что после воскресенья они решат эту проблему.
— Той ночью ты действовал осознанно. Ты был возбужден не меньше меня. Ты…
— Думал, это одноразовая акция.
— Неправда, — она ткнула себе пальцем в грудь, — я же сказала вам, что не смогу выбрать. Вы все пообещали действовать сообща.
Таккер и Рис держат слово.
— Готов поспорить, — Джереми бросил пакет и, схватив Кэлси за локоть, притянул ближе, — Таккер опять добрался до твоей киски, да? То, чем завладел, можно по праву считать своим, сладкая. Не думай, что Таккер не считает тебя только своей.
Таккер на это рассчитывает? Она так не думала, но…
— Они с Рисом охотно меня делили.
Джереми вздернул подбородок, его лицо исказилось от гнева.
— И, держу пари, Рис не удовлетворился очередным минетом.
Он трахнул эту прелестную задницу? Мою задницу?
— Господи, ты так ничего и не усвоил. Это моя задница, и я с радостью отдала ее ему.
Внезапно Джереми зарылся руками в локоны Кэлси и вдохнул запах ее шеи.
— Мне не нравится мысль о том, что они прикасались к тебе. Не нравится, что у меня нет права считать тебя своей. Страх, что ты никогда не будешь моей, разрывает меня на части.
Гнев Кэлси испарился.
— Я твоя. Я настолько же твоя, насколько и их. Хотелось бы мне изменить то, что я чувствую.
Господи, ты не представляешь, сколько раз я этого хотела! Насколько было бы легче, если бы мое сердце могло выбрать одного. И я поступила бы так, но это разобьет ваши сердца. А в действительности все иначе. Поэтому нам нужно разобраться с этим. Вместе.
— Просто дай мне шанс, — его голос сорвался и задрожал, когда он прижался головой к ее лбу. — Они не понимают того, чего тебе хочется, так, как я. Я дам все, что тебе нужно.
Она сглотнула, и ее взволнованное сердце пропустило удар.
Да, он знал одну вещь, которую она жаждала испытать. И она понимала, что только Джереми мог дать ей это. Вкус его господства, испытанный меньше недели назад, рождал в глубине ее души трепет и страх одновременно. Кэлси облизала губы. — Джереми…
— Шшшш, — он потерся о ее щеку, слегка царапая суточной щетиной, и, добравшись до губ, накрыл их обольстительным поцелуем – настойчивым, дразнящим, любящим.
