Утром она встала совершенно разбитая, не отдохнувшая, а настроение у нее было еще хуже, чем накануне. Раз примерно в десять.
* * *Встреча капитана Доценко с Василием Клыковым прошла без неожиданностей, если не считать того, что длилась она часа три, хотя все можно было выяснить минут за двадцать. Клыков оказался вязким парнем, подолгу застревал на не имеющих значения вопросах, пускался по каждому поводу в длинные и путаные рассуждения. Он, очевидно, относился к той породе людей, которые больше всего на свете любят самих себя, и звук собственного голоса для них слаще самой прекрасной музыки. Кроме того, после гибели Вавилова он исполнял его обязанности и очень хотел показать себя в глазах руководства банка с самой лучшей стороны в надежде на то, что другого начальника службы безопасности искать не будут. Поэтому он во время беседы с Доценко отвечал на все телефонные звонки и отвлекался на каждого, кто заглядывал к нему в кабинет, стараясь продемонстрировать деловитость и оперативность в решении возникающих вопросов, и сопровождал каждое свое действие длинными и подробными комментариями, дабы и Михаил смог оценить его компетентность и грамотность, а также чрезвычайную занятость."
"При таком режиме беседы глупо было бы надеяться, что Клыков сможет сосредоточиться и самостоятельно вспомнить то, что интересовало Доценко. Поэтому капитан решил пойти по более легкому пути и разложил перед Клыковым заранее приготовленные карточки, на которых были выписаны фамилии бывших сослуживцев Дмитрия Вавилова, попросив Клыкова для начала рассортировать их на две группы: имена совершенно незнакомые и имена, которые, как ему кажется, он слышал. Когда первый этап был с грехом пополам пройден, Доценко убрал карточки с незнакомыми именами.
– А теперь я попрошу вас по очереди брать каждую карточку и сказать мне, когда и в связи с чем Вавилов упоминал эту фамилию.
Он умышленно не сказал Клыкову, кому принадлежат выписанные на карточки имена, и был готов к тому, что, например, человек по фамилии Тихонов может оказаться для Василия известным киноактером. Опасения его частично подтвердились, некоторые фамилии из числа распространенных относились вовсе не к сотрудникам милиции, однако двух человек из составленного Михаилом списка Клыков вспомнил. Особенно заинтересовал капитана некий Филиппов, которого Вавилов называл просто Филипычем и упоминал обычно в следующем примерно контексте: «Позвоню Филипычу, попрошу проверить».
Теперь следовало заняться этим Филипповым.
* * *Однако вытрясти из Филипыча хоть слово оказалось делом далеко не простым.