Автор
Новый начальник, и каждый из сотрудников готовится к этому моменту — отстраивая свои дела и заглядывая в будущее через зыбкое туманное стекло секретной службы. Виктор Алексеевич Гордеев, по прозвищу Колобок, завершает свою работу, обещая, что следующим поколением станет новый, более критический взгляд на правоохранительные процессы....
После этого они делаются шелковыми. Никак иначе мы с ними не справимся.
– Ну, какими шелковыми они делаются, мы уже видели, – заметил Василий Валерианович. – Один побежал к оперу, с которым сотрудничал, просить помощи. А другой своими силами справился. Скажу больше. Эти два провала заставили меня обратиться к специалистам, и они сказали мне очень интересную вещь. Существует практика, когда преступление умышленно не раскрывается, а заведомо виновный отпускается на волю в обмен на согласие давать информацию. И практика эта существует очень давно.
– Впервые слышу, – удивленно откликнулся Стоянов. – Не может такого быть.
– Может, дорогой мой, очень даже может. И есть. И было, и будет. И стыдно тебе, кадровому милиционеру, этого не знать. Ты сколько лет в уголовном розыске проработал?
– Двадцать четыре.
– Тогда тем более стыдно допускать такие оплошности. Даю вам обоим два дня на разработку новой концепции подбора и обучения кадров. Ваши взаимные разногласия меня не интересуют.
Василий Валерианович резко поднялся, показывая, что аудиенция окончена.
* * *"
"Стоянов проводил его до выхода, услужливо открыл дверь автомобиля и стоял на крыльце в одном костюме, пока машина Василия Валериановича не миновала пост у въезда на территорию учебного центра.
Открыв дверь в свой кабинет, он увидел Зеленина, который и не подумал уходить после отбытия высокого начальства. Более того, он явно собирался немедленно начать работу над новой концепцией. Уже и бумаги разложил, и схемы какие-то на столе появились. Стоянов неодобрительно хмыкнул про себя. Сразу видно, его заместитель ни одного дня «на земле» не работал, хотя служил в силовом ведомстве и погоны носил.
