Автор
Новый начальник, и каждый из сотрудников готовится к этому моменту — отстраивая свои дела и заглядывая в будущее через зыбкое туманное стекло секретной службы. Виктор Алексеевич Гордеев, по прозвищу Колобок, завершает свою работу, обещая, что следующим поколением станет новый, более критический взгляд на правоохранительные процессы....
Девочки, которые это видели, рассказывали потом, что Маринка будто невменяемая была. Побелела, глаза сверкают, ничего не слышит. Как бес в нее вселился. А потом, когда все кончилось, она говорила, что ничего не помнит. Даже удивлялась, что драку затеяла. Совсем не помнит, представляете?
Доценко представлял. Это была классическая картина аффекта. Не все в порядке с психикой у этой Тихвинской.
– С ней такое в первый раз случилось? Или раньше тоже бывало?
– Говорят, в первый. Зато потом еще несколько раз повторялось.
Вот это уже совсем близко. Ну же, мысленно подгонял собеседницу Доценко, не останавливайся, продолжай рассказывать про агрессивную спортсменку, склонную к аффектам. Надо подать поощрительную реплику.
– Да что вы говорите? Неужели за драку?
– Именно. Во время матча набросилась на спортсменку из другой команды, которая задела Марину по голени. И начала ее избивать. Жуткая была сцена. Их еле растащили.
– И что же? Выгнали ее из команды?
– Выгнали, – кивнула дама. – Разве можно такую оставлять? Это же пороховая бочка. В любой момент может взорваться, матч сорвать, покалечить кого-нибудь. Хотя жалко было ужасно, она спортсменкой-то была очень хорошей.
– И что с ней потом стало? Как жизнь устроилась?"
"– Да знаете, Михаил Александрович, верно говорят, что нет худа без добра.
Отбой. Все было так хорошо… Но Марина Тихвинская нам не подходит. Она за границей и вполне довольна жизнью.
– А суицидальные попытки бывают у спортсменов? – спросил Миша, надеясь получить в ответ еще какую-нибудь историю.
– Это редко, – авторитетно заявила дама. – Люди когда хотят с собой покончить? Когда считают, что жизнь не удалась, ничего не получилось, все было напрасно, и они никому не нужны.
