Автор
История старинной музыкальной шкатулки, созданной Петром I для его возлюбленной Анны Монс. Простой предмет становится символом любви и разлуки, связывая судьбы двух непохожих людей на протяжении столетий. Узнайте, как безделушка превратилась в бесценное сокровище.
– Прекращай мне выкать, – после магазинов Игнат потянул Ксюшу в ресторан, хотя она совсем не была одета для выхода в свет. – Это как-то… не к месту.
Ресторанчик был крохотным и уютным. Негромко пела скрипка, пахло сдобой и кофе. Запахи эти настраивали на мирный лад, но Ксюша никак не могла успокоиться. Она ерзала, вздыхала, и наконец Игнат не выдержал:
– Завтра.
– Что завтра?
– Думаю, завтра мы со всем разберемся. Ешь!
Вот и как после этого есть? Если Игнат уверен, что завтра все закончится, значит, ему известно нечто, что неизвестно Ксюше, только делиться с ней информацией он не желает.
– Подумай сама, – Игнат вертел в руках вилку. – С чего все началось?
Ксюша уже думала, правда, скорее о том, с чего все началось для нее лично. С увольнения… а до этого… до этого – день был неудачный. И новый начальник, и кулер, с которым у нее отношения не сложились… и сбор вещей в коробку… она еще злая такая была. И расстроенная. И не хотела, чтобы кто-то ее в таком состоянии увидел. Сбежала другим, тайным ходом. Еще дверь в подсобку была приоткрыта…
Стоп!
– Дверь, – Ксюша поймала мысль за хвост.
– Какая?
– У нас подсобка есть, там тряпки хранят. И ведра. И моющие средства… и еще канцелярские, особенно бумагу. Архивы. Ерунду всякую. Когда вы… ты меня уволил…
Игнат крякнул, ему неприятно было об этом вспоминать.
– Я ушла через запасной ход. И дверь была приоткрыта. Я ее закрыла. А на стоянке мне показалось, что за мной следят.
И, если так, значит, шкатулка спрятана в подсобке?
– Не спеши, рыжая, – отложив вилку, Игнат сцепил руки в замок. – Я что-то в этом роде и предполагал. Но все истории лучше выстраивать с самого начала. Итак, по хронологии, что у нас было первым? Или, точнее, кто был первым?
Стас? Нет. Значит, Перевертень? Тоже нет. Ольга – с пропавшей шкатулкой? Не выходит, об этом Игнат еще вчера знал. Старуха. Ее рассказ.
– Вилена, – Ксюша прикусила вилку зубами. – Вилена и Леонид.
– Верно. Воры. Жили-были, не тужили, тихо по квартирам шарили… дела наверняка в архивах похоронены, но, если уж очень интересно станет, можно будет их поднять.
Ксюше уже было очень интересно, до того интересно, что она опять заерзала.
– Итак, молодая семейная пара, выглядевшая почти идеальной. Но рождение ребенка эти идеалы под угрозу поставило, – Игнат смотрел прямо на нее, и Ксюше было неудобно под его взглядом. – Супруги стали ссориться, а это, с учетом специфики их работы, было чревато.
