Автор
В книге "Музыкальный приворот" изучается загадочная теология любви и магии. Главные герои балансируют между верой в чудеса и разумом, когда молодой человек становится центром музыкального приворота. Сюжет полон тайн и эмоций, создавая атмосферу необъяснимого чародейства и глубоких чувств....
— Я хочу с мальчиком поближе познакомиться!
Такая реакция Антона явно смутила, но он все-таки сказал ей:
— Здравствуй.
— Оно разговаривает! — захихикала сестра. — Нет, ты мне все-таки кого-то напоминаешь! Определенно десу![8]
— Наверное, Дэвида Бэкхема. У него тоже одно время были белые волосы. — Вкрадчиво сказал Леша, и они вдвоем расхохотались.
Что дядечка, что племянница — оба обожают ехидные подколы.
— Не обращай на них внимания, — с укоризной посмотрела я на родственников. А если опять в этом чудике суицидальные наклонности проснутся из-за их шуточек?
Но наклонности крепко спали, потому как Антон тоже улыбнулся во весь рот.
— Нет! — вдруг заявила сестра. — Он напоминает мне Эла. Из «Тетради смерти». Энергетикой и выражением лица. Только тот был черноволосым и большой палец во рту держал. И сидел все время ногами на стуле!
— Зачем? — с искренним изумлением переспросил Леша. — Он что, олигофреном был, что ли, этот твой Эл?
— Сам ты олигофрен! Он был гениальным детективом! И просто кавайным лапочкой! — Нелли ненавидела, когда кто-то говорит гадости про ее любимых персонажей.
— И вообще это нужно считать комплиментом! — наставительно обратилась она к Антону. — Эл хорошенький! Я сейчас его покажу вам! — и она с топотом убежала в свою комнату.
Спустя минуту мы вчетвером принялись разглядывать принесенное изображение задумчивого, но милого с виду Эла.
— Хорошенький? — переспросил Леша. — Судя по его глазам и выражению лица, у этого парня из твоего аниме явное наличие прогрессирующей болезни Дауна.
— Ой, блин, на себя посмотрел бы лучше, — надулась Нелька. — Дебил.
— И он брюнет, твой герой из мультиков, — продолжал Алексей, — а наш гость беловолос.
Я печально посмотрела на Антона, мол, прости, у меня дома душевнобольные проживают.
"— Неважно! Я говорю про общее впечатление. Слушай, — обратилась младшая сестра ко мне, — а ты…
Как это всегда бывает у нас в квартире вечером, когда нужно включать свет в темной прихожей, прогромыхало знакомое:
— Кто меня потревожил? Убью на хре-е-еен!
— Папа пришел! — поскакала к входным дверям излишне активная сестра. — Ото-сан! Па-а-ап! У нас гости!
— Кто? — появился на пороге тот, даже не раздеваясь. Гостей наш художник любил безмерно.
