Три черные ворона летят над тихой рекой, отражаясь в бликами на длинных перышках, словно драгоценная чешуя. Река проносит корзину мимо живописных пейзажей - полей и лесов, скрытых от посторонних глаз. Закат медленно крадется за горизонт, превращая мир в серый солнечный пепел....
К концу пути наследного принца Героны уже порядком раздражал непонятный интерес друга к своей… избранной?
Эйнар Астурийский совсем запутался. Хвала Небесному Богу, внизу уже вырисовывались очертания столицы Героны — залитой солнцем и утопающей в зелени и цветущих кустарниках Леарны.
Глава 7
Ивейна в жизни так не боялась. Да она и народу столько в своей жизни не видела, причем все с нее глаз не сводят, а главное, Эйнар, чтоб ему провалиться. Ивейна чувствовала себя голышом в этом туго затянутом корсете, она привыкла к своим удобным мешковатым платьям, хотя то, что сейчас было надето на ней — подарок королевы Эллирии — выглядело просто божественно.
Жемчужного цвета, отделанное тончайшими гицианскими кружевами, оно смело могло сойти за подвенечное, по крайней мере, так казалось самой Ив. Ее тщательно уложенные волосы были закреплены шпильками и Ивейна опасалась лишний раз шевельнуться, чтобы шпильки не повылетали и прическа не рассыпалась.
Их светлости оба, конечно, смотрят на нее так ласково, будто она все та же маленькая смешная Иви, но их светлости всегда были добры к ней, особенно король Сагидар, может, потому что у них с королевой Эллирией одни сыновья?
Два царственных брата геронского наследника тоже здесь.
«Ты красавица. Ты заколдованная красавица, так матушка сказала!» — одернула себя Ивейна и еще больше приуныла. Она даже прикоснулась к амулету, который Тона заставила ее повесить себе на шею, а вдруг иллама, которую девин сегодня распалит в ней, заставит и амулет пробудиться?
Но сомнения грызли душу Ив не меньше, чем тоска по принцу, что как раз слушал отца и склонил к нему голову, отчего темные пряди нависали на его лицо и он отбрасывал их со лба с детства знакомым движением руки.
Поначалу Иви поверила матушке — вечер, темень за окном, тусклый огонек лампы словно рисовали ей картины одна за другой: темная река, звезды, корзина на воде и… вороны. Почему-то ей все время представлялись вороны, а не ее Арчи, Лерр и Севи. Видать, совсем разыгралось воображение.
