Герцог Аустлейский Ричард Виндзор идет по Бленхейму с тяжелыми шагами, прежде служившим летней резиденцией Корнуэльских. Теперь он стал главным дворцом, когда основной замка разрушился. Столица переместилась в Лидс — второй по величине город, который теперь становится центром аристократического собрания....
Живого, но с напрочь выжженным мозгом. О твоей привычке перемещаться на большие расстояния, не поставив никого в известность, уже все знают, поэтому предъявить наглам будет нечего.
— То есть, советуешь туда не идти? Это исключено."
"— Значит, надо быть готовым. Это ведь не просто строение. Он возведён на месте гибели последнего воина-мужчины, сражавшегося на стороне Темных богов. Его звали…
— Рангар, — сказал я, вспомнив битву. — Но погиб он не тут.
— Верно, — кивнула она. — Хорошо, что ты об этом знаешь. Твой далекий предок убил его на поединке, а тело было похоронено тут, точнее, на месте нынешнего дворца.
— То есть, финальная битва произошла тут?
— Правильно, бились между собой они в другом месте — а вот войска сошлись в паре десятков километров отсюда. Не знаю почему так — но факты вещь упрямая.
— Все начнется там, где закончилось, — всплыли в памяти слова Велеса.
— Что это значит? — напряглась Лилит.
— Неважно, — отмахнулся я. — К тебе это не имеет теперь никакого отношения. Хочешь от меня совет? Забирай своих и вали из страны как можно быстрей. Скоро тут станет жарко.
— Это я и так понимаю, — кивнула она. — Но что насчет дворца? Все равно пойдешь?
— Пойду. Нет, не подумай ничего такого — я тебе верю. И информация интересная, которая, впрочем не слишком сильно меняет мои планы. Точней, совсем не меняет. София при любом раскладе бы умерла — а раньше или позже, другой вопрос.
— Жестоко, — усмехнулась она.
— Осуждаешь? — мой взгляд сделался колючим. Под ним она невольно поежилась и даже чуть отодвинулась.
— Не мне тебя осуждать. Делай как должно. У правителей иные моральные принципы, и не мне, бывшей главе ордена Проклятых, кривить губы на ваши методы. Ну, и я верю, что зря губить невинное существо ты не будешь.
— На этом все, — встав, я потянулся. До начала приема еще было три часа, но пора была уже возвращаться. — Было приятно с тобой работать, Лилит.
— Не прощай, а до свиданья, — крепко прижавшись ко мне, она нежно коснулась моих губ. — Надеюсь, я это делаю не в последний раз.
Потом мы целовались, не в силах оторваться друг от друга, но время — оно текло неумолимо. Разомкнув объятья, я шагнул на балкон и взмыл в небо на воздушном вороне.
Не хотел оглядываться, но все же не сдержался — она стояла в проходе и махала мне вслед рукой.
