После зомби-эпидемии уцелевшие собирают остатки цивилизации. Виктор сталкивается с резким изменением обстоятельств, когда обнаруживает существование более комфортной жизни. Конфликт разворачивается вокруг борьбы за выживание и установление нового порядка среди выживших.
Раздел Chitat.online для книги «Мы из Кронштадта. Встреча.» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
После зомби-эпидемии уцелевшие собирают остатки цивилизации. Виктор сталкивается с резким изменением обстоятельств, когда обнаруживает существование более комфортной жизни. Конфликт разворачивается вокруг борьбы за выживание и установление нового порядка среди выживших.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Николай Берг Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
После зомби-эпидемии уцелевшие собирают остатки цивилизации. Виктор сталкивается с резким изменением обстоятельств, когда обнаруживает существование более комфортной жизни. Конфликт разворачивается вокруг борьбы за выживание и установление нового порядка среди выживших.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ходячий мертвец смертельно опасен. Один укус и хана. Они не чувствует страха и не чувствует боли. Их никак невозможно отпугнуть. Только Упокоить. А сделать это голыми руками и самому при этом не заразиться - это нереально. Ведь для упокоения нужно проломить зомбаку череп. А череп, он прочный весьма. Поэтому необходимо оружие. Дистанционное желательно. Огнестрельное оружие то есть. Всем и каждому живому человеку. Потому произошло повсеместное обязательное вооружение. Банальное выживание. И не шибко выходящее за рамки Закона. А он, как знаешь – что дышло. И да – как помню пока и ты свидетель только. По весьма мутному делу – пожал плечами Андрей. Говорил он размеренно и чуток устало, словно в десятый раз объясняя простой материал тупому двоешнику.
- Во-первых ты ссылаешся на законы страны, которой уже больше нет. Повторяю что по этим законам там надо посадить в тюрьму ВСЕХ! Но повторяю ещё раз - Нет Страны. Кончилась она. Развалилась. Нету единой территории. Нету верховной власти. Нету верховного суда. Развалилось всё и вся в том числе и судебно-законодательная система. Остались отдельные куски заселенных территорий - с гордым названием Анклавы и непонятным и неопределённым статусом. А что твориться вне этих аклавов? Да и когда целая была то, те кто законы принимал на эти же самые законы и клал. Юстиция то уже вся сдохла. Тю-тю. Развалилась даже не страна. Вся цивилизация на планете. К тому же эпидемия была расширена специально созданием многих источников её. Но даже всего один источник инфицирования дал бы точно такую же картину. Это называется цепная реакция. Старые законы и схемы управления уже не действуют. Их элементы в большинстве своём уничтожены. А связи между оставшимися разрушены.
- Почему ж нет – есть связь уже с другими уцелевшими и сообщение налаживается и даже торговля. До Твери и Мурманска уже – хмыкнул снайпер.
Виктор, сделав вид, что не расслышал так же горячо продолжил:
- Во-вторых условия жизни изменились. И не временно, а Навсегда.
В-третьих... Это же очевидно что абсолютно ВСЁ у тебя раздвоено: законно-незаконно. А как определить законность действий? А все так же - никак. Получается твоё Бла-бла-бла ни о чём. Всё опять же сводится к понятиям, личным мнениями. Кто же будет решать что Законно а что противозаконно? Кто-то один ? Кто-то один получит власть? И будет по своему усмотрению и настроению решать чужие судьбы? Или несколько человек будут бесконечно обсуждать что правильно а что нет? Дело это увлекательное - можно годами спорить. Особенно если их кормить и поить будут. Но в любом случае это не Закон. Нового Закона нет. А старые устарели.
- С чего это? Осталось относительно много людей, а с людьми их менталитет и, внезапно, их традиции, в том числе и к юстиции.
