Автор
В первые послевоенные годы на строительстве грандиозной магистрали разворачивается опасная игра. Советские органы госбезопасности ведут охоту на вражеских шпионов и диверсантов, угрожающих стратегическому проекту. Среди строителей скрываются враги, готовые пойти на всё. Романтические...
— Нет чтобы, прийти и смело все сказать!
— Хорошо тебе рассуждать... У меня в душе такая путаница!
— Ну, рассказывай про свою путаницу, а я тебе расскажу про свою. Вообще вы, мужчины, какие-то неуклюжие!
— Я тебе честно скажу, Нина, что я тебя люблю. Что я могу поделать, если люблю? А Ирину я тоже люблю, но по-другому.
— Правильно. Вот и мы так решили.
— Кто мы?
— Кто! Конечно, мы с Ириной! Мы с тобой поженимся, а Ирина будет нашим другом.
— А ты разве согласна?
— Странный человек! Раз полюбила, что я могу поделать?
— А Ирина что?
— Говорит, что лучшего выбора я сделать не могла. Только ты не зазнавайся. И вообще, хотя я тебя люблю безумно, как героиня романа... ну, как его... никогда не могу запомнить название! Но заранее предупреждаю, что командовать буду я.
— Командуй, пожалуйста.
— Нет, это будет несправедливо. Мы будем командовать по очереди. Или даже совеем не будем командовать, а просто жить — и все! Ага?
В этот же день Нина по селектору сообщила всем желающим слушать, что у нее есть жених.
ГЛАВА ВТОРАЯ. ПЕРВОЕ МАЯ
1
Еще накануне была противная погода, более похожая на осень, чем на весну. Дул холодный ветер, иногда даже принимался сыпать снежок. Потом все растаяло. Грязь хлюпала под ногами. Грязное унылое небо тускло освещало сопки, груды камней, насыпь и потемневшие от сырости дома. Ночью несколько раз припускал дождь.
Но затем ветер разогнал тучи, и сразу стало тепло, и туман поднялся лад землей. Когда туман рассеялся, как будто произошла перемена декораций. Вместо хмурой осени ликовала весна.
Когда Ирина проснулась, она сразу же увидела в окно до невозмутимости синее небо и массу солнца, столько солнца, что его было уже некуда девать.
— Нина! Вставай! Смотри, какой денек намечается! С Первым мая!
— Ой... С Первым мая, только дай поспать еще две-три минуты, я еще недовидела интересный сон.
Но спать больше не пришлось. Было столько дела! Еще хорошо, что платья были уже с вечера выглажены, туфли начищены, а новые чулки, у обеих одинаковые, лежали перед каждой на тумбочке, только оторви один чулок от другого, сорви фабричную ярко-пунцовую наклейку — и надевай на ноги!
Когда они вышли на улицу, их поразил праздничный вид стройки. Поработали художники! Все было нарядно, необычно. Яркие пятна плакатов и лозунгов, густые зеленые гирлянды. Особенно красиво был украшен портал. На зданиях штаба, на клубе, на столовой полыхали кумачовые флаги.
