Автор
Мы мирные люди. Несмотря на кажущуюся простоту нашего существования — строим здания и пишем музыку — в каждой мелочи есть глубинная история о талантах и силе духа. Эта книга раскроет маскированный под покоящуюся поверхность мир, разворачивающий волны неожиданных вызовов от внешнего мира....
Он пытался улыбнуться «сценической улыбкой», которой требовал от исполнителей руководитель самодеятельности, но лицо его, некрасивое, но смышленое, симпатичное, выражало усердие и напряженное внимание, и на макушке торчал, как всегда, злополучный вихор.
Раскосов вошел в зрительный зал. В публике сразу стали благожелательно и добродушно хихикать, поглядывая на его неразгримированное лицо. Раскосов, не обращая ни на кого внимания, пробирался вперед. Он подошел к Клавдии Ивановне.
— Товарищ Широкова! — шепнул Раскосов.
Она не ответила, она слушала музыку.
— Товарищ Широкова! — настойчиво твердил Раскосов. — По очень срочному делу...
— Что такое? — неохотно отозвалась она.
— Очень важно и неотложно... Прошу вас выйти со мной.
Байкалов подумал:
«Вероятно, за сценой неполадки...».
Раскосов и Широкова вышли. Сразу же охватила их тьма и тишина. Затем глаза стали различать звезды, горизонт, очертания сопок и деревьев.
— Ну, рассказывайте, — нетерпеливо произнесла Широкова. — Что у вас там случилось?
— Идемте в ваш кабинет.
— Да вы говорите яснее, товарищ Зимин.
Она открыла ключом дверь в партком, включила свет и увидела лицо Раскосова, перемазанное гримом. Грим расплылся красными, синими полосами. Губы у Раскосова были подведены ярко-красной краской, а теперь краска размазалась и кривила рот. Раскосов понял по ее взгляду, что вид у него нелепый, выхватил носовой платок и стер грим.
— Ну вот... — перевел он дух, — а теперь докладываю: на западном портале в дымину пьяный переплетчик — знаете? — Горкуша — размахивает револьвером и кричит... кричит черт знает какой вздор! Такой праздник... и гости... Нужно во всяком случае обезвредить... Еще действительно убьет кого... Вам, нашему партийному руководителю, я докладываю в первую очередь.
Клавдия Ивановна приняла сообщение очень серьезно.
— Западный портал... — пробормотала она. — Спасибо, дорогой! Вы поступили правильно.
Когда прибежали к месту, Горкуша уже стих. Он сидел на куче щебня и то принимался петь «Ой, не ходы, Грицю», то отвратительно ругался. Действительно, в кармане у него нашли револьвер, а десятки людей подтвердили правильность сообщения Раскосова.
Горкушу заперли в пустой кладовке и приставили охрану. Все это заняло каких-нибудь двадцать минут.
