Автор
Мы мирные люди. Несмотря на кажущуюся простоту нашего существования — строим здания и пишем музыку — в каждой мелочи есть глубинная история о талантах и силе духа. Эта книга раскроет маскированный под покоящуюся поверхность мир, разворачивающий волны неожиданных вызовов от внешнего мира....
Патридж слушал с нарастающей злобой. Шея его краснела, надувалась, как хобот индюка.
— Отлично! — загремел он. — А что слышно относительно Вэра?
— Пока ничего нового, — грустно ответил Весенев.
Но он уже почувствовал, что к Патриджу поступили какие-то дурные вести и что должна разразиться гроза.
— Совсем ничего?
— Я вообще невысокого мнения о его работе. Было бы полезно послать к нему подкрепление... и сделать все зависящее...
Весенев замолк, увидев посиневшую шею патрона и заметив, что у него кровью налились его бычьи глаза.
— Да, да, все зависящее?
— Вы имеете полное основание быть недовольным глупейшей историей с этим Диком...
— С этим Диком? Плевать я хочу на Дика! К неудаче с вашим Диком можете добавить еще и Вэра! А сами — убираться ко всем чертям с такой работой!
— Как прикажете вас понять?
— А как вы прикажете вас понять? Что говорить о русском отделе, если мне приходится получать информацию о непосредственно касающихся меня делах из чужих рук?
— Да, но этот Дик.
— Какого черта вы привязались к этому Дику? Я говорю о Вэре, о Вэре — поняли вы наконец?! Ваш милейший соотечественник, эта старая подошва, этот сыщик, играющий на скрипке, арестован, допрошен, разоблачен! Почему я узнаю об этом от Камерона? Почему я должен получать такие пощечины?
— Если Вэр арестован, значит и Блэкберри... Естественно, что произошел временный разрыв... Факт печальный, но не очень неожиданный.
— Вы все путаете! Если арестован Блэкберри, от кого же получил сведения Камерон? Блэкберри целехонек, а Вэр, к счастью для нас, скоропостижно скончался. Единственно умная вещь, какую од сделал в жизни. За это ему многое прощается. А вас я просил бы объяснить, почему вы ничего не знаете? Может быть, мне вам нужно докладывать? Я вас должен держать в курсе всех событий, а не вы меня?
— Конечно, это непростительный мой промах, и вы будете правы, если выгоните меня в три шеи.
— Я это всегда успею сделать, но пока что я не хочу кормить кого бы то ни было крохами с моего стола. Вы так дешево не отделаетесь, вы должны исправить грубые свои ошибки и доложить мне, что вы собираетесь делать дальше. В конце концов в чем тут дело? Почему у нас неудачи?! Надо проанализировать, понять, исправить.
