Автор
Хирург Соня спасает жизнь властному мужчине с синими глазами, и они начинают видеться каждый день. Но у неё есть секрет, который может изменить всё. Она не решается рассказать ему правду, боясь потерять то, что между ними зарождается. История о выборе между честностью и любовью.
Раздел Chitat.online для книги «Мы не навсегда» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Хирург Соня спасает жизнь властному мужчине с синими глазами, и они начинают видеться каждый день. Но у неё есть секрет, который может изменить всё. Она не решается рассказать ему правду, боясь потерять то, что между ними зарождается. История о выборе между честностью и любовью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Левашова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Хирург Соня спасает жизнь властному мужчине с синими глазами, и они начинают видеться каждый день. Но у неё есть секрет, который может изменить всё. Она не решается рассказать ему правду, боясь потерять то, что между ними зарождается. История о выборе между честностью и любовью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Выпей еще немного, – выдавливаю хрипло. – Допей вино.
– Господи, Сонька. Быстро говори, что случилось? – Марк нависает над столом и берет в руки мои ладошки. – Ты дрожишь вся. Сонь, ты заболела? Не получается с усыновлением? Арзамасова выпустили из-под стражи? Папа Паша заболел или…"
"– Я беременна, Марк, – шепчу хрипло, стыдливо опуская взгляд. – Не знаю, как это произошло… Если ты думаешь, что я специально, то… Я столько лет лечилась, и ничего не получалось.
– Господи, Сонечка. А я уж подумал, беда какая вышла, – облегченно вздыхает он, поглаживая мои запястья подушечками больших пальцев. – Я рад, Сонька. Очень сильно рад. Милая моя, родная…
– Точно рад? У тебя есть Глеб, а я…
– И Ванечка, и доченька еще будет. А назовем Паулина – в папу Пашу. Как ты смотришь на это?
А я не смотрю… Заливаюсь слезами, с трудом различая силуэт Барсова. Зря я сомневалась в нем, дура… Судьба не может ошибаться. И ее подарок – самый подходящий, лучший. Только для меня…
– Сонька, знаешь, о чем я подумал? – спрашивает Марк. Кажется, все окружающие звуки отступают. Есть только его слова – тихие и нежные, царапающие напряженный от важности момента воздух.
– О чем же? – смахиваю слезинки с щек.
– Сонька, раньше я не верил во все эти бредни про вечное. Вечная любовь, жизнь, успех… Все временное, зыбкое, короткое, как миг. Я ошибался, Сонька. Мы… Мы навсегда. Я, ты, мы… наши дети. Нас меняют местами.
– Сансара, Барсов?
– Нет, просто жизнь. Так уж она устроена.
Эпилог
Софья.
Колеса утопают в мягком, непрерывно падающем снегу. Паркуюсь возле ворот дома, издали замечая струящийся из окон свет и мелькание фонариков новогодней елки. Открываю багажник и вынимаю пакеты с шампанским, хлопушками и фейерверками. Бросаю взгляд на часики – задержалась почти на час. Так и вижу хмурое лицо Барсова, готовящегося прочитать мне тираду о важности грудного вскармливания. Ну, что поделать, Марк прекрасно знал, на ком женится! Пусть не жалуется теперь.
Топаю по двору и вхожу в прихожую небольшого домика на берегу озера. Мы купили его летом.
– Я дома! – сбрасываю пуховик, снимаю шапку, слыша, как хнычет в спальне Паулина. Вдыхаю ароматы елки, оливье и жареного гуся.
– А вот и наша мама, Поля! Пропащая… – добавляет нарочито обреченно. – Давай-ка, Барсова, мой скорее руки и корми дочь.
– Ой, бегу. У меня уже там… В общем, все мокрое, – тараторю, шмыгая в ванную.
– Ну расскажи, как в клинике? Справляются без тебя? Всех поздравила? – кричит Марк из комнаты.
Вытираю руки полотенцем и торопливо шагаю в спальню. Беру голодную дочку на руки и прикладываю к переполненной груди. Моя Полечка… Паулина. Долгожданная, нежная, похожая на Марка. Любимица папа Паши и мамы Гали. И моей мамы, как ни странно. Хоть она и живет за много километров от нас.
