Автор
Хирург Соня спасает жизнь властному мужчине с синими глазами, и они начинают видеться каждый день. Но у неё есть секрет, который может изменить всё. Она не решается рассказать ему правду, боясь потерять то, что между ними зарождается. История о выборе между честностью и любовью.
Раздел Chitat.online для книги «Мы не навсегда» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Хирург Соня спасает жизнь властному мужчине с синими глазами, и они начинают видеться каждый день. Но у неё есть секрет, который может изменить всё. Она не решается рассказать ему правду, боясь потерять то, что между ними зарождается. История о выборе между честностью и любовью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Левашова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Хирург Соня спасает жизнь властному мужчине с синими глазами, и они начинают видеться каждый день. Но у неё есть секрет, который может изменить всё. Она не решается рассказать ему правду, боясь потерять то, что между ними зарождается. История о выборе между честностью и любовью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мою контейнеры в крошечной угловой раковине, украдкой поглядывая на Ваню – он спокойно спит, шевеля во сне губками… Разворачиваю большой бумажный пакет, в котором Толя принёс еду, и замираю… На дне красуется глянцевый журнал с фотографией семейства Барсовых на обложке. Откладываю контейнеры в сторону и опасливо, словно спящего хищника, поднимаю журнал.
«Семья – это фундамент государства», – утверждает депутат областной Думы, заместитель председателя Думы Марк Юрьевич Барсов…
«О семье, любви и скором пополнении в семействе чиновника читайте репортаж на странице пятнадцать», – сообщает корреспондент.
Медленно оседаю на больничную койку и раскрываю злосчастную пятнадцатую страницу… Обоняния касается запах свежей типографской краски, а рот вмиг заполняется горечью… Зачем я открыла эту чёртову статью? Чтобы ранить себя ещё больше? Провернуть в чуть прикрытой струпьями болячке острым гвоздем воспоминаний? Напомнить себе, как это… когда болит? Вот Лена улыбается, позируя фотографу… Вот она гладит живот и обнимает мужа… А вот и Марк собственной персоной – холёный, красивый молодой мужчина, чей вкус поцелуев я успела узнать… Мне бы закрыть глянцевые странички и перестать разглядывать красавицу Лену, но я поддаюсь острому, как ледяной осколок любопытству… Впиваюсь взглядом в ее глаза с хищным прищуром, покатые плечи и высокую грудь, бесконечные ноги с коротком платье… А потом перевожу взор на Марка… Как же больно – мне словно клеймо ставят на сердце… без наркоза…
Ваня закашливается, а потом заходится криком. Бросаю проклятый журнал в мусорное ведро и хватаю ребёнка на руки.
– Не плачь, Ванечка. Все будет хорошо, малыш. Ты выздоровеешь, тебя усыновят прекрасные люди. Они будут тебя воспитывать, заботиться о тебе, любить… – тараторю, поглаживая малыша по спине.
Ванечка поднимает головку и удивлённо на меня смотрит. Сирота… Одинокая душа, такая же, как я… Мы так похожи… С мамой отношения у меня не сложились, отца я видела в последний раз десять лет назад… Сирота и есть…
Сажусь на кровать, косясь на красочный журнал в мусорке. Вкладываю в ладошку Вани погремушку и звоню Арзамасову:
– Толь, ответь мне на один вопрос? Зачем?
На том конце провода слышатся шорохи и неуверенное покряхтывание. Перед глазами мгновенно всплывает картинка: Арзамасов трёт лоб и переносицу, зажмуривается и понуро опускает голову… Мнётся и ёрзает на месте, пытаясь подобрать слова… Как можно объяснить подобный поступок?
– Извини, что так… Я хирург и привык рубить сплеча.
– Тебе меня совсем не жалко, Толь? Известия о Павле, Вике… Потом Ваня. Ты знаешь, как мне сейчас тяжело, однако все равно принёс чертов журнал? Зачем?
– Что ты открыла глаза, Соня. И перестала фантазировать.
