Автор
Надя влюбилась в Ильяса, но он отвергает её, считая её недостойной своего будущего. Когда парень выздоравливает, его амбиции берут верх над чувствами. Девушке предстоит узнать, что настоящая любовь не может быть условной, и найти в себе силы отпустить того, кто её не ценит.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Мы не твои» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Надя влюбилась в Ильяса, но он отвергает её, считая её недостойной своего будущего. Когда парень выздоравливает, его амбиции берут верх над чувствами. Девушке предстоит узнать, что настоящая любовь не может быть условной, и найти в себе силы отпустить того, кто её не ценит.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Элен Блио Легкое чтение Любовные романы Короткие любовные романы подборки серии
Надя влюбилась в Ильяса, но он отвергает её, считая её недостойной своего будущего. Когда парень выздоравливает, его амбиции берут верх над чувствами. Девушке предстоит узнать, что настоящая любовь не может быть условной, и найти в себе силы отпустить того, кто её не ценит.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Мы не твои» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Не надо принца…
Куда мне принц? Когда я на втором месяце? Принцы за беременными Золушками не бегают…
* * *— Спасибо, я не буду, — улыбаюсь Гере, решительно отодвигаясь, от его руки, протягивающей кружку.
— Почему? Болеешь что ли?"
"— Ребёнка жду. — говорю как-то просто, решая, что врать на эту тему точно не стоит.
— Какого ребенка, ты сама дитё! Тебе восемнадцать-то есть? — Герман, по-моему, потрясен этой новостью.
— Мне двадцать скоро. — снова пытаюсь улыбаться. Мне скрывать нечего.
— Ты же не замужем?
— А что, для этого обязательно штамп требуется?
Он опускает голову, понимает, что явно сам этим самым занимается без всяких штампов.
— Защиту тогда надо, что ли…
А вот это уже обидно. Надо. Да. Только кто об этом думал? Точно не я, дурочка влюбленная. Которой просто дышать рядом с ним — уже было сладко!
— Парни, — Кирин бодрый тон разряжает атмосферу, — шли бы вы, покурили что ли? Сейчас станция, минут десять постоим.
— Три всего вроде.
— Я говорю — покурите, мальчики, а?
— Понял! — Сева встает, поднимает Геру, который на меня все еще пялится.
Выходят, слышу реплику из коридора: «да она же малышка совсем? И как? Я не понимаю…»
— Вот и я не понимаю. От него бежишь что ли?
— Я не бегу.
Или бегу? Не знаю. Нужна, как её… перезагрузка. Обнуление, будь оно не ладно.
— Мне просто надо отдохнуть, выдохнуть…
— На аборт отправил?
— Он не знает…
Опускаю голову. Он и правда не знает. А на аборт отправил. А я не хочу и не буду. И вообще…
Эти две полосочки только мои. Вот и все.
Я ведь сразу знала, что мы не пара. Он богатый, умный, красивый… да, да, в инвалидном кресле, слепой, со шрамами! Все равно красивый. Самый лучший может быть на Земле…
А я маленькая, глупая, простая, я не его поля ягодка. Так моя тетя Валя говорит. Не по Сеньке шапка.
— Ты к кому хоть едешь, воробушек? Если ты… — она не сказала сирота, но было ясно.
К кому я еду, действительно? Ехать-то мне особенно не к кому.
В городе этом у меня квартирка двухкомнатная, скромная, в старом доме. Папе должны были дать большую, новую. Но… не успели. Папа погиб.
У них в отделении пожар начался, короткое замыкание. Папа самых тяжелый пациентов вывозил, пошел проверять, никого ли не забыли. Там у них была бабуля с «альцгеймером», любила прятаться. Он пошел ее искать. Ему не успели сказать, что бабуля накануне умерла, ну и… В общем, задохнулся.
А мама… Про маму я не могу вспоминать. Это еще больнее.
— Поехали ко мне, а?
— Что? Куда?
— Да в Рудник же! Только я не в самом городе. Про Царское село знаешь? Вот. У меня там дом.
Про Царское село я, конечно, знала. В конце девяностых те, кто начал подниматься и деньги зарабатывать стали покупать землю у нашего городского озера, даже скандал был большой, мол городской парк уничтожили. Мэра тогдашнего уволили, хотели посадить.
