Автор
В холодной атмосфере закрытого лагеря для девочек Надя теряет надежду. Ее новое знакомство с Ильясом оживляет её жизнь, но она не может игнорировать угрозы и изменений, когда его планы начинают пересекаться с ее собственными.
Похоже, «Мы не твои» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Потому что эти дни на Кипре я, конечно, не вижу, но очень отчетливо осознаю чувства моего брата. Его одиночество. Его боль. Тупую боль, которую он каждый день носит в сердце.
Я слышал как-то раз как он разговаривает с этим парнем, которого родила Мадина. Я никак не могу назвать его сыном Тамерлана. Он сын его врага! Но… Там видно сильно привязался к мальчонке. Он разговаривает с ним. Обещает, что тот вырастет сильным, умным, красивым. И что когда придет время ему выбирать себе женщину он даст ему шанс найти любовь.
Для меня это как острой бритвой по моим незрячим глазам. Сердце ноет от боли.
Еще я слышал, как Там тихо разговаривал с Зоей, он молился за нее, просил прощения у нее за все, обещал, что будет любить вечно. Что других женщин у него не будет никогда.
Чёрт. А тут я и Воробушек!
Воробушек, с ее тоненьким нежным чириканьем, с острыми коленками — да, я знаю, что у нее красивые ноги и коленки, с мягкими округлостями там, где надо. Округлостями, на которые пялятся какие-то уроды, живущие в нашем отеле…
А я бешусь.
Я могу чувствовать, да. Могу. И не могу.
Не должен позволять себе.
От этого ярость еще сильнее давит. Поэтому снова веду себя с ней как урод моральный. Мучаюсь от этого, но остановиться нет сил.
Дико хочется поплавать с ней в море. Реально была бы возможность ее обнять, вместо этого выдаю мерзкое:
— Думаешь мне по кайфу тебя обнимать?
Самад потом тихо говорит, когда Надя уходит.
— Ты что творишь?
— Что?
— Ты зачем ее так унижаешь? Удовольствие что ли получаешь? Не думал, что ты такой…
— Какой?
— Кретин. Она же влюблена в тебя!
— Что?
Оглушает его признание. Обжигающая волна радости проносится по телу, как пузырьки волшебной детской шипучки. Счастье! Да! И в то же время…
Нет, нет, нет! Пожалуйста, нет! Пусть Самад ошибается! Я не должен… она не должна! Нам нельзя…
— Что слышал. Извини, я думал ты только физически искалечен, сейчас понимаю, что и морально ты тоже… инвалид.
— Подожди…
— Что?
— Ты… можешь вывезти меня на пляж ночью? Я… хочу поплавать.
— А больше некому это сделать?"
"— Сам знаешь, что нет. И… я извинюсь перед Надей, понимаешь, я… Мне нельзя позволять ей что-то ко мне чувствовать. Нельзя самому чувствовать.
