Автор
Зоя вновь шагает в тени своих слов и действий, но уже с намерением стать теми, кем была задумана: активной и осознанной. В каждой новой странице Многообещающего дневника Тамерлана она видит отражение собственной жизни – полный парадокс. Атмосфера这本书弥漫着既熟悉又陌生的气息，仿佛穿越时空的旅者在不经意间与自己的过去相遇。...
Похоже, «Мы не твои. Том2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Один Археопарк чего стоит! Гигантские фигуры бронзовых исполинов – мамонтов! Особенно там красиво вечером – все подсвечено, огни играют на огромных бивнях.
Я так и вижу широко распахнутые глазенки Ника, который просит меня поднять его на руки, чтобы он мог дотянуться до них ручонкой.
Думаю, об этом, и сердце жмет. Разглядываю фото своего пацаненка. Вот он совсем крошечный, очень похож на Надю. Вот уже сидит, улыбается широко – во рту всего четыре зубика.
Вот явно первые шаги. Не видно, кто его держит за руку, но кажется, не Надя… И не похоже, что Слава…
Интересно, когда он возник? Когда вошел в жизнь родных мне людей?
Сразу после того, как Надя стала мамой? Или, может быть, раньше? Знал он о том, что она в положении? Знал ли о том, чей это ребенок?
Чёрт… я бы в такой ситуации… если бы узнал, что любимую женщину бросил какой-то подонок, я бы… нашел, разыскал, и навалял бы хорошенько.
Да уж, Илик… что ж ты себе-то не навалял?
Сжимаю зубы. Сейчас понимаю какую ошибку я совершил, когда решил остановить поиски.
Страх узнать, что Нади больше нет?
Да. Он был. Особенно после того, как я узнал о нескольких страшных ДТП в той области, куда уехала Надя. В этих авариях погибли девушки. Похожие на Воробушка девушки, с ярко-рыжими волосами. Я читал в газетах статьи об этих происшествиях, там даже были фамилии погибших, потерпевших…
Нет, Нади среди них не было. Это точно. Но после того как я покопался в этих делах мне стало так жутко… Жутко, что однажды я открою очередную статью, и увижу там знакомую фамилию.
А еще… наверное еще мной двигала обида.
Конечно. Как без нее?
Я был обижен.
И гордость не позволяла бегать за ней. Если она не хочет меня видеть, быть со мной, значит…
Значит что, Ильяс?
Сейчас я смотрю на фото улыбчивого мальчишки и думаю, что не даром во всех религиях гордыня – страшный грех.
А я дурак. И это, увы, не лечится.
«Спасибо, Надя, он замечательный, мне хочется больше фото. Если можешь…пришли, где вы вдвоем»
Отправляю на свой страх и риск.
Надежда снова что-то пишет, но не отправляет. И еще, и еще…
Проходит, наверное, час. У меня уже нет надежды на то, что она ответит. И я ругаю себя за то, что попросил еще фото.
Я слишком давлю на нее. Так нельзя. Я должен быть… должен стараться быть мудрее, спокойнее.
Мне нужно исправить столько ошибок!
Телефон оживает, моргая синим огоньком. Пришло сообщение. И еще одно. И еще…
Открываю, и мне кажется, что я получаю удар с ноги по дых.
