Автор
В Мы - ошибке тонкий рубец затянулся снова, как будто сердце все еще билось там, где было больно. Новые мысли упорядочиваются с каждым стуком часов в офисе, а вокруг царит напряженная спокойствие — ни один шорох не нарушающий тишину.
Когда давала намек, что он может вот так приходить без приглашения и командовать тут? Поднимаю глаза и смотрю на мечтательную улыбку на лице. Поджимаю губы и делаю серьезное лицо. Так или иначе, он все ещё в браке и у него подпорченная репутация.
41
Чрезмерно волнующий воображение халат уступает место спортивным брюкам и свободной худи, чтобы не провоцировать гостя лишний раз. Затягиваю волосы в гульку на голове и выхожу из ванны. Пахнет вкусно и, надеюсь, безопасно.
Вхожу на кухню, замечая Марка, стоящего возле плиты полубоком ко мне.
Откашливаюсь, привлекая к себе внимание. Он тут же оборачивается и возвращает сковороду на место. Мой вид до душа явно интриговал его больше.
— Проходи, я, конечно, не повар, но кое-чему пришлось научиться.
Научиться для чего? Потому что кто-то не готовит ему завтраки? Но больше меня волнует, о чем он сейчас думает.
— Марк, я сказала, что подумаю, но я не сказала, что согласна.
— Думай, — усмехается, приподнимая свою родинку, — и не усложняй. — Отвожу глаза, потому что, смотреть на нее и держать мысли под контролем одновременно, сложно. — Я просто пришел выпить с тобой кофе, а ты что себе придумала? — Он и сам знает, о чем я подумала. — Так ты угостишь меня завтраком? Я ещё ничего не ел. — Запускает невинную улыбку и расслабляет взглядом.
— Я могу отказать, когда ты сам это приготовил?
— Нет, — усмехается и достает тарелки. Не помню, чтобы я показывала, где у меня что стоит. Интересно, а у него есть еще родинки на теле? И почему меня раньше не интересовал этот вопрос? Зажмуриваюсь и отвожу взгляд. Но потом снова смотрю на спину возле плиты. Хотела бы я, чтобы на месте Марка сейчас стоял Артур или Миша? Не знаю, хотела бы ли, но точно пока не вижу. Артур будет вести себя слишком аккуратно, чтобы не испортить впечатление о себе, с Мишей же я вела бы себя слишком аккуратно, чтобы он не понял, что я думаю на самом деле.
— У тебя есть пять минут, — напоминаю, когда тарелка с яичницей и овощами оказывается передо мной.
— Так все-таки у меня есть пять минут, — довольно улыбается, радуясь своей первой победе, и садится напротив, молча глядя на меня.
— Ешь, — киваю ему, — время выходит.
