Автор
Женя чувствовала себя свободной от мужиков, живущих в разных городах, каждый со своим хобби и интересами. Она любила это простое равновесие - одна, дружившая с друзьями по жизни, не наедине с проблемами отношений. Встречи в кафе или парках были приятным напоминанием о том, что жизнь может быть такой, как она ее себе представляла — легкой и чистой....
– Вот и от меня польза есть, – ухмыльнулся Саня. – Расширил твои сексуальные горизонты.
Женя сквозь силу улыбнулась и кивнула.
Она не стала говорить Сане, что больше ни с кем на подобное не согласится. Просто потому что знает: так хорошо ей ни с кем не будет. И это не в мужчинах проблема, наверняка среди них есть и более умелые любовники. Проблема в ней, в Женьке. В том, что ее прямо сейчас накрыло пониманием: она не влюблена. Нет. Все гораздо серьезнее. Она любит Саню. И сложно даже представить себе масштаб катастрофы, которая разразится, если он вдруг об этом узнает.
После пафосной Швейцарии и изысканной Италии Черногория ощущалась чем-то очень простым. Как будто сначала поел в дорогом ресторане, а потом пришел домой и сделал себе бутерброд из серого хлеба и толстого куска докторской колбасы. Ни разу не деликатес, но, черт возьми, как вкусно!
Черногория не была богатой страной. Во всяком случае, в той деревеньке, где у Жениной знакомой стоял дом, точно днем с огнем не нашлось бы ни огромных коттеджей, ни дорогих тачек, ни яхт.
Изначально, когда Женя еще зимой планировала это путешествие, ей казалось, что пять дней в Черногории будут самой занудной и неинтересной частью поездки, ибо кроме моря тут делать нечего, поэтому она заранее придумала, чем можно будет развеять эту деревенскую скуку: экскурсия на катере, поездка на устричную ферму, подъем на рассвете в гору к крепости города Котор, автостоп в Будву, где тусуется молодежь…
Ни один пункт из этого плана не был выполнен.
По утрам Женя просыпалась в своей комнате и какое-то время лежала с закрытыми глазами, чувствуя, как сквозь ставни пробираются солнечные лучи и ласково скользят по лицу.
Примерно в это же время просыпался и Саня. Ходил, шумел, ворчал, как разбуженный невовремя медведь, потом, судя по запаху, наливал себе кофе, и наступала блаженная тишина.
