Наша героиня и её мужчина, Алёшка, тесно связанные между собой обстановкой и чувствами, вместе вылезают наружу из снежной ловушки. Вместе они преодолевают препятствия - усталость, опасности и даже душевные заблуждения, чтобы найти себе выход.
- Рогатьен изрядный менталист, - заметил полковник.
Анри кивнул, раздумывая о чём-то.
- Рогатьен не воин, нисколько. Он, конечно, не убоится явной напасти, но сможет ли противостоять неизвестно чему?
- Значит, дорогой друг Анри, тебе от меня не избавиться, - сказал Асканио. – Я могу быть водой, а могу и менталистом."
"- Куда это вы собрались, господин маг? – в наружных дверях, оказывается стояла Дуня.
И слушала наши прения.
- Наверх, - пожал плечами Асканио. – Но очень вероятно, что вам тоже придётся с нами отправиться.
- Так, а огненный-то у нас кто? С остальными вроде решили. Почти, - хмыкнула я. – Если что, водой могу попробовать я. Этому искусству я обучилась в нынешней своей жизни прежде всего.
- А ты, пришелица, и так с нами, без тебя мы куда? Никуда, - весело сказал Каданай. – Ты то, чего не знают и чего не должно быть. Не должно, но вдруг есть. Чудом. Ты – знак высших сил, что мы должны попробовать. И что можем справиться.
- Тогда кто у нас вода? – нахмурилась я.
- Вспомнил я про воду, - усмехнулся Асканио.
- Что же вы вспомнили?
- У кого аура водяная. У того подлеца, что у нас наверху связанный сидит.
- Астафьев, что ли? – не поняла я.
- Он самый. Правда, я не вижу возможности заставить его идти с нами.
- Пойдёт – выживет, - пожал плечами полковник. – Пообещаем отпустить.
- Выживет, потому что тогда все выживут, - добавил Каданай.
- А вдруг не поверит? – усомнился Платон.
А я вспомнила прекрасное.
- Господа, он пойдёт. Потому что в этом самом доме он клялся, что сделает всё на благо здешних честных обывателей. А мы его слышали. Дуня, Дарёна, Марьюшка.
- И стены дома, и огонь в печи, - добавила молчавшая Меланья. – И я, только меня видно не было.
- Прямо клялся? – изумился Асканио.
- Да, так и сказал – клянусь. Я его ещё поддела, что раз маг, то должен соблюдать ту клятву, и он сказал, что непременно, или как-то там ещё, - усмехнулась я.
Дверь снова стукнула, на пороге появилась Ульяна.
- Кажется, меня здесь ждут, - улыбнулась она.
- Ждут, - кивнула я. – Проходи да располагайся. Пообедаем, соберёмся, и вперёд, да?
Ульяна выслушала всё, что мы тут нарешали, прикрыла глаза и улыбнулась.
- Судьба, значит. Ждёт меня Елисеюшка, не дождётся. Скоро, скоро я к нему приду.
- Значит, так, - я строго на неё посмотрела. – Про Елисея твоего – это уж как выйдет, никто обещать не сможет.
