Молодые женщины, брошенные мужем-злодеем, вынуждены жить вместе, надеясь найти выход из сложившейся ситуации. Уютная атмосфера их общего жилища сменяется страхом и ненавистью к предательскому отцу, приковывающим молодых женщин к нему через дом и судьбу.
Мир на мгновение гаснет…
И мои губы предательски приоткрываются, совершенно не согласовывая это с мозгом. Я слышу, как судорожно дышит Семён. И ощущаю, как вздрагивают его губы, касаясь моих.
Я сейчас в обморок грохнусь, если он сделает это.
— Решетов, отойди, — слышу в темноте голос Рафа.
Мы отшатываемся друг от друга.
""Устинова, ты дура полная!"", — ругаю я себя. Поплыла от Решетова? Давно тебя не унижали?
От перемены отношения Семёна мне не по себе. С чего вдруг?
Вижу, как из нескольких окон похищают еще девочек.
Крепко держа за руку, он уводит меня в кромешную темноту тени. Огибаем здание общежития. Еще парочку каких-то маленьких хозяйственных зданий. Идем мимо теплиц. Выходим в небольшую редкую рощу.
Никогда не ходила в эту сторону.
Все двигаются как тени — тихо и молча.
— Куда мы идём? — шепчу я.
— В бункер.
— Бункер?
— Да, на случай всяких опасных ситуаций школа имеет бункер, который выдержит даже бомбежку.
— Ай! — запинаюсь я об корень.
Сэм подхватывает меня в темноте.
Присаживаюсь на опавшие листья. Его руки исследуют мою щиколотку."
"— Вывихнула?
— Нет, кажется.
— Что случилось? — подходит Макс с девушкой.
— Идите, мы догоним. Держи ключ, — отдаёт ему Сэм звякнувшую связку.
Пальцы ласково поглаживают мою кожу.
— Что изменилось, Сэм? — не выдерживаю я.
Одно дело, когда он пытается развести меня с Дагером. Здесь я понимаю. Ставка. Но вот это вот всё… Прикосновения эти.
— Я не знаю, — хрипло. — А что не так?
— Всё не так.
— Какая злопамятная! — тихо смеётся. — Можешь тоже швырнуть в меня вишней. За ""дешёвку"" — извини. Незаслуженно.
— Я не хочу швырять в тебя вишней.
— А чего хочешь?
— Понять, чего тебе от меня нужно.
— Ничего…
— Вранье! — обиженно шепчу я.
Не верю.
— Ладно. Нужно кое-что…
Его губы неожиданно сминают мои. Ладонь давит мне на затылок, не позволяя отстраниться. Задохнувшись, шокированно вцепляюсь руками в его предплечья.
Сердце оглушающе бьётся, не давая мне дышать.
Нет! Нет, нет, нет… Да нет же! Ни за что!
Но его пьянящий вкус заполняет. И я захожусь внутри в истерике от возмущения, потому что я этого не хочу! И не соглашалась! И вообще!..
Но… как парализованная, позволяю ему целовать, не смея оттолкнуть. Потому что, на самом деле боюсь, что он остановится. И перестанет быть таким открытым, тёплым, глубоким и моим.
