В мире беззаботных мамашек и счастливых парочек, где каждый день начинается с чайников, вдруг появляются панических криков: "Убили!" Это несчастные родители обнаруживают подсохший батон вместо трупа. В рассказе остроумной Дарью Донцовой вы встретитесь с переполненной драмой и любовью миром, где капризы превращаются в невероятные приключения....
Представляю, как она захохочет, если я очутюсь в Муравке! Я там натурально умру от голода и жажды, не смогу добыть воды из колодца и не зажгу керосинку даже под страхом смертной казни.
– Бабушка говорила, что нас погубит электричество, – авторитетно заявила Лика. – Как только люди придумали мотор, человечество стало вымирать. Баба Ната была умнее всех, к ней даже из города лечиться ездили. Ну ее, машинку, я на плитке кофеек сгоношу, но нужна удобная кастрюлька, египтянка!
– Турка! – осенило меня.
– Во! – засмеялась Лика. – Перепутала. Помню, что она по стране называется, а по какой, забыла!
– Телефон звонит! – закричал Вадим. – Немедленно ответьте!
Я покосилась на трубку на столе и в очередной раз не отреагировала на вопль Полканова.
Наверное, теперь пора объяснить, что происходит в Ложкине и откуда тут появились Лика с Вадимом. Я уже рассказывала, что Аркадий, Зайка и Маша перебрались в наш дом в пригороде Парижа.
– Дарь Ванна, я в «Монопри»[1], че такое «паин»?
Я теряюсь, но потом соображаю, что Ирка видит ценник со словом «pain», и быстро отвечаю:
– Хлеб.
– Мерси вам боку, – демонстрирует успехи во французском Ирка и отсоединяется.
Не скрою, сначала, когда большая часть семьи укатила из Ложкина, а Дегтярев перебрался жить к своему сыну Теме, то есть хоть и остался рядом со мной в одном поселке, но поселился в другом доме, я обрадовалась.
