Автор
В дни перестройки и перемен на политическом небоске льет атмосфера неизвестности и смута. Здесь, за закрытыми дверями Кремля, генеральный секретарь ЦК КПСС спит — кажется, он умер. Но вдруг вспоминает, как это было: чириканье воробьев и слюна на его губах. Мышь, шпионка без маски, проникающая в недра власти, готовится к следующему шагу......
Вместе выбирались!
— Фига, и он не убежал? Чудеса!
— Почему чудеса?
— А вы не знаете? Неужели внимания не обратили, что, пока вы шли по городу, ни разу ни одной собаки, кошки или даже голубя не встретили?
— Обратили, конечно. Но мы только не знали, почему так.
И Володя рассказал им свою историю. В день катастрофы они с напарником дежурили как раз на выезде из Москвы на Ярославке, это был их обычный пост и обычный день. Собственно, работа скучная — останавливаешь, проверяешь документы, иногда в трубочку предлагаешь дунуть.
— И я подумал сначала, что самолёт. Ну, чёрт его знает, может, авария какая-то — и он на шоссе сесть решил. А потом вышел из машины и увидел: просто стеной на нас бегут собаки, кошки, птицы летят, змеи ползут. Неба не видно было из-за птиц, представляете? Не видно неба! Ну, в общем, я успел в машину спрятаться, её сразу же перевернуло потоком, мы там часа два кверху ногами сидели.
— А теперь они где?
— Теперь их по лесам ищут. В новые дома, наверное, определят. Людей добрых много вокруг.
Полицейский немного помолчал и добавил:
— Работа такая, нам обычно люди-говно попадаются, да и сами мы, честно говоря, те ещё мудаки. Вы уж извините за мат, я привык как есть говорить. Но вот последние дни, последние дни я понимаю — очень много добрых людей вокруг.
Они дошли до Володиной помятой машины.
— Чё, ребят, куда едем? Матвей сказал, под Сергиевым Посадом у вас бабушка с дедушкой?
— Да! Володя, вы нас до Хотьково довезите, а дальше мы дорогу знаем и покажем.
— Ну хорошо. Залезайте. Собака если хочет, может спереди поехать.
Братья уселись на задние сидения, а Лев Семёнович с удовольствием устроился на переднем. По дороге он иногда высовывал голову в окно.
Сева и Костя впервые видели Ярославку без пробок. Они ехали среди редких машин, на которых волонтёры развозили выживших.
Им навстречу шли бесконечные караваны фур «Вкусвилл» и «Магнит», двух сетей, взявших на полное обеспечение лагеря беженцев.
