Автор
В дни перестройки и перемен на политическом небоске льет атмосфера неизвестности и смута. Здесь, за закрытыми дверями Кремля, генеральный секретарь ЦК КПСС спит — кажется, он умер. Но вдруг вспоминает, как это было: чириканье воробьев и слюна на его губах. Мышь, шпионка без маски, проникающая в недра власти, готовится к следующему шагу......
Её телефон остался лежать на асфальте, и оцепеневший от ужаса отец Сергий смотрел, как над ним бегут и бегут люди со страшными, искажёнными какой-то потусторонней яростью лицами, с закатившимися глазами, в которых видны были только белки.
Его вырвало прямо в коридоре, но он не заметил.
На негнущихся ногах, в одном кроссовке, отец Сергий вошёл в кухню — там над столом висел телевизор. Они с Мариной его не смотрели, но Валеньке за завтраком иногда включали «Смешариков» на канале «Карусель». Валеньке, если уж быть честным, «Смешарики» было смотреть ещё рано, зато сам отец Сергий от мультиков этих неизменно получал огромное удовольствие.
Он протянул руку за пультом, включил. Нашёл «Первый канал». Когда-то один из его прихожан рассказал отцу Сергию, что на российском телевидении только одна программа до сих пор выходила в прямом эфире — «Новости» на «Первом». Было несколько минут пополудни. Отец Сергий уставился в экран.
На нём Екатерина Андреева рассказывала о том, что «Москва требует от Киева выполнения Минских договоренностей.
Судорога отпустила ведущую, она посмотрела белыми глазами прямо в камеру и страшно завыла.
Отец Сергий выключил телевизор. Несколько секунд он просто стоял, а потом подошёл к окну, ведущему на маленький балкон. Окна их скромной квартиры на пятом этаже выходили на Садовнический проезд — отец Сергий вышел на балкон и посмотрел вниз.
От метро «Новокузнецкая» в сторону «Павелецкой» ехал трамвай. Не доехав до ресторана «Простые вещи», трамвай резко затормозил. Послышалась стрельба, одно из боковых окон трамвая лопнуло. Из него даже не выпрыгнул, а вывалился мужик, пиджак его был изодран.
Сергий посмотрел левее — от церкви Папы Климента по Новокузнецкой улице бежала толпа людей. Сотни, если не тысячи людей, которых гнала вперёд слепая паника и животный страх.
