Автор
Я сейчас готов раздавить любого, кто посмеет прикоснуться к моей жизни. Надо же, как судьба иногда подкидывает мне неприятности. Теперь я сам виноват, хотя и не совсем осознавал это до последней минуты. Моя маленькая ложь вот-вот вылезет наружу, слишком неожиданно для меня....
Скажи, ты хотя бы раз поинтересовался, что случилось с ее родителями и почему у нее одна бабушка?
Девушка замолкает, сканируя меня своим пристальным взглядом, а я теряюсь.
Впервые в жизни не нахожусь с ответом.
А в глубине души понимаю, что как бы я ни харахорился и не строил из себя крутого парня, а Лика права.
Идиот. Балбес. Высокомерный болван!
Еще немного, и могу потерять свое счастье навсегда…
Глава 40
– Расскажешь? – наблюдал, как Лика печально вздыхает, уткнувшись взглядом в чашку с киселем. – Я бы поинтересовался у Марины, но, боюсь, она сейчас не в том состоянии, да и не простила пока.
– Артур, Артур… – покачала головой жена Феликса и подняла на меня взгляд. – Но это уже хорошо, что ты интересуешься ее жизнью. Значит, Маринка тебе действительно дорога.
Черт! Не люблю я душу изливать перед посторонними, да еще и о чувствах рассказывать. Это не в моих правилах, но сейчас все по-другому. Тем более Анжелика вроде как своя.
Да и помочь готова, по глазам вижу, что не осуждает.
– Дорога – не то слово, – ответил, вздыхая, и тут же быстренько добавил: – Я люблю ее.
– Сильно, Артур, – девушка усмехнулась, а я напрягся. – Конечно, лучше бы Марина сама рассказала, но я хочу, чтобы ты понял, – Лика поджала губы и через несколько секунд продолжила: – То, что многие назвали бы меркантильностью, не природой в ней заложено. Да и появилось не после прочтения глянцевых журналов, поверь. У нее были вполне состоятельные родители, но обоих уже нет в живых. Когда заболела мать Марины, пришлось продать квартиру и переехать к Ирине Васильевне, но и это не помогло.
– Понимаю, – кивнул в подтверждение своих слов. – Очень даже понимаю.
– Пособие сироте по потере кормильцев вообще слезы, – продолжила жена моего друга, сделав перед этим глоток киселя.
