Автор
В комнате творится безумие — каждое движение вызывает новый пугающий шорох из коридора. Карина вздрагивает от каждого звука, как мольба о помощи, проникающая сквозь замшевые портьеры. Ощущение переполоха и неизвестности кружит голову, приковывая взгляд в потолок.
Между нами ничего больше быть не может!
— О, Алла Алексеевна, вы уже вернулись?
На носочках подхожу к двери и прислоняю ухо к прохладной поверхности.
— Как внук?
— Ой, хорошо все. Спасибо твоему папе, без него бы не знаю, что наши врачи натворили.
— Ну хорошо, что все обошлось. А Карина дома?
Сквозь шум в ушах слышу, как ускоряется сердце. Даже готова пальцы скрестить, как в детстве, чтобы не случилось что-то страшное.
— Да, не так давно вернулась. Покушала и в комнату поднялась.
Слышу, как угукает Руслан.
— Я в комнату, — выпаливает он.
А у меня внутри снова все обмирает. Черт! Тут ему ничего не будет стоить меня поймать. На всякий случай защелкиваю замок на двери.
— Стоять, молодой человек. Сначала перекуси.
— Да я не голо…
— Не обсуждается. Я не помню, что ли, твои аппетиты? А потом родители вернутся, и все вместе поужинаете.
Из меня вырывается всхлип. Куда же мне деваться от него?
Лихорадочно соображаю, как бы не пересекаться в этом доме, но на ум ничего путного не приходит.
Тишина…
А я даже перестаю дышать, чтобы расслышать хоть какую-то подсказку, где сейчас Руслан.
— Спасибо, как всегда все вкусно. Я прям соскучился по вашим блюдам. Алла Алексеевна.
— Ой, ну ты прям не меняешься, такой же подхалим, — смеется женщина.
— Ну какой подхалим? Я искренне.
— Ой, иди уже.
На фоне звонкого смеха слышу, как парень взбегает по лестнице. И под звук его шагов сердце начинает колотиться в районе горла.
— Да блин, кого там несет? — бурчит Руслан. — Слушаю. Дома я. Да блин, не было же по расписанию. Сейчас буду.
Кожей ощущаю, как сквозь дверь просачивается раздражение парня. Ну надо же, а я и не думала, что такая чувствительная до его эмоций. А оказывается, он засел намного глубже, чем я рассчитывала.
Но нужно взять себя в руки! Не позволю никому безнаказанно топтать мои чувства.
Киваю на все последние мысли. Я могу закрыться и киснуть, похоронить себя в четырех стенах. Но кому от этого будет легче? Точно не мне.
Но камень, который опустился на сердце, говорит, что будет непросто. Сжимаю кулаки и смаргиваю неожиданно накатившие на глаза слезы.
С губ слетает горький смешок, когда понимаю, что не зря я боялась. Словно сама интуиция орала, что не может быть все так гладко.
