Автор
В комнате творится безумие — каждое движение вызывает новый пугающий шорох из коридора. Карина вздрагивает от каждого звука, как мольба о помощи, проникающая сквозь замшевые портьеры. Ощущение переполоха и неизвестности кружит голову, приковывая взгляд в потолок.
А так хоть операцией прикроемся и останемся. Не хочется, конечно, чтобы такое вмешательство случилось.
— Ну, я могу же присмотреть за ним, — подаю голос со своего угла дивана, в котором я уютно устраиваюсь.
— Ну да, знаю я, как вы любите друг друга.
При этом слове сердце замирает на секунду, а потом ускоряется.
Любим?
— Мам, ну не стану же я строить ему козни сейчас. Просто вспомни меня, когда у меня травма была. Я очень болезненно на все реагировала. Может, хоть со мной Руслан не будет так агрессивен, как с вами.
Верилось, конечно, с трудом, но и лишать Владимира и мамы отдыха не вижу смысла. Я знаю, что делать при травмах. И уверена, что Руслан не будет мне вставлять палки в колеса.
— Тебе учиться надо.
— Ну это полдня, а потом я вся в распоряжении Руслана буду.
— Уверена, что справишься?
— Конечно, на крайняк в гараже есть веревки.
Глаза мамы расширяются, а Владимир фыркает.
— Шучу я. Я справлюсь. Мы ж семья, — напоминаю реплику мамы.
— Ладо, но только если мы наверняка будем знать, что без операции обойдется.
Знали бы мы, во что превратит эти несколько дней Руслан. Он злится на все, что не по его. Рычит по поводу и без. И даже я не могу его усмирить.
С одной стороны, я понимаю, почему он так себя ведет, но это не отменяет того, что он становится опять засранцем.
Даже Виталик, который приезжает узнать, как дела у друга, не выдерживает и с руганью посылает Руслана в далекое пешее.
Я как раз готовлюсь к занятиям, когда слышу, как Руслан орет на Виталика. А тот парирует.
— Дашь знать, когда остынешь, капитан! — орет напоследок и хлопает дверью.
Решаюсь высунуться из комнаты. Встречаюсь со злым взглядом Виталика. Он делает глубокий вдох.
— Ну и засранец он сейчас.
— Есть такое, — заправляю прядь за ухо. — Чаю хочешь?
— Да не, поеду. Заехал узнать, как тут он. Огреб по полной, словно я виноват в чем-то. Мажористый эгоист.
О дверь что-то ударяется, и мы с Виталиком синхронно вздрагиваем.
— Я все слышу, придурок!
Виталик закатывает глаза к потолку.
— Пошел я.
В ответ только киваю, наблюдаю, как парень сбегает по лестнице и скрывается за дверью.
Вздыхаю. Такими темпами Руслан со всеми испортит отношения.
Завтра он уже узнает, что делать дальше, а пока нужно немного потерпеть.
Стучусь в его комнату.
— Ну что еще? — недовольный рык.
Без предупреждения захожу в комнату и с трудом сдерживаюсь, чтобы не зажмуриться."
"Рус лежит на кровати с обнаженной грудью.
